Тайны летней ночи

Низкий голос послал по ее спине мурашки озноба: — И куда это вы собрались?

Значит, он пришел за ней, несмотря на блестящее общество, собравшееся внизу! Сознавая, что внезапная слабость в ногах не имеет ничего общего с болезнью, Аннабел нервно потеребила кончик косы.

— Поужинать в салоне.

Хант взял ее под руку и повел по коридору, стараясь идти медленнее.

— Вы не хотите поужинать в салоне, — сообщил он.

— У меня для вас сюрприз. Пойдемте. Это недалеко. И она с готовностью согласилась…

— Вижу, к вам вернулись силы. Как вы себя чувствуете? — осведомился Хант.

— Гораздо лучше. И немного голодна, — призналась Аннабел, покраснев, поскольку в желудке громко заурчало.

Хант ухмыльнулся и распахнул приоткрытую дверь. Они оказались в небольшой прелестной комнатке с панелями розового дерева, увешанной гобеленами и обставленной мебелью с обивкой из бархата цвета янтаря. Однако самой интересной особенностью комнаты было окно на внутренней стене, выходящее на гостиную двумя этажами ниже. Отсюда прекрасно была слышна музыка, зато гости не могли ничего разглядеть. Аннабел широко раскрытыми глазами смотрела на окружающие чудеса. В довершение всего посреди комнаты стоял стол, уставленный блюдами под серебряными крышками.

— Я целый час ломал голову, пытаясь решить, что вам больше понравится, — вздохнул Хант. — Поэтому попросил повара положить всего понемногу.

Потрясенная, не в состоянии осознать, что мужчина способен пойти на такие жертвы ради ее удовольствия, Аннабел потеряла дар речи. Ей почему-то было совестно смотреть ему в лицо.

— Как мило. Я… я не знала про эту комнату.

— Почти никто не знает. Иногда вдовствующая графиня сидит здесь, когда слишком слаба, чтобы спуститься вниз.

Хант подвинулся ближе и двумя пальцами приподнял ее подбородок.

— Вы поужинаете со мной?

Пульс Аннабел бился так часто, что он наверняка это почувствовал!

— Я без компаньонки, — прошептала она.

Хант улыбнулся и опустил руку.

— Вы в полной безопасности. Вряд ли я смогу соблазнить вас, поскольку вы слишком слабы, чтобы защищаться.

— Вы настоящий джентльмен.

— Я соблазню вас, когда окончательно окрепнете.

Аннабел, стараясь не улыбаться, вскинула брови:

— Вы очень уверены в себе. Может, следовало сказать «попытаюсь соблазнить»?

— «Никогда не пророчь себе неудачу» — как говорит мой отец, — парировал Хант и, обняв ее за талию, подвел к стулу. — Выпьете вина?

— Не стоит, — с сожалением вздохнула Аннабел, опускаясь на мягкое сиденье, — Оно, возможно, сразу ударит мне в голову.

Хант налил вина в бокал и протянул ей, улыбаясь с коварным очарованием, вероятно, присущим самому Люциферу.

— Не волнуйтесь. Если захмелеете, я о вас позабочусь.