Тайная лавка ядов

Что, если прямо сейчас констебли уже у меня в лавке? Малышка Элайза там одна! Я присела между двумя мусорными ведрами сбоку от какого-то здания, открыла газету и прочла ее как можно быстрее. Она была отпечатана ночью; краска еще не высохла.

Поначалу статья показалась мне настолько невероятной, что я задумалась, не вручили ли мне реквизит для какой-то постановки, в которой я участвовала, ничего не подозревая. И, возможно, я бы поверила, что все это – представление, если бы детали так ладно не складывались в целое.

Горничная, как я узнала, внезапно оставила свой пост, как и сказала леди Кларенс, но, видимо, сложила два и два по поводу внезапной смерти лорда Кларенса, потому что пошла в полицию с восковым оттиском гравировки на банке моей матери. Выяснив это, я едва не закричала в голос: то, что банка надежно была заперта у меня в лавке, теперь не имело никакого значения, потому что горничная, черт бы ее побрал, сделала оттиск! Наверное, успела, прежде чем леди Кларенс забрала банку из подвала. Возможно, горничная побоялась сама взять банку, чтобы ее не уличили и не обвинили в воровстве.

Согласно статье, на восковом оттиске частично читались буквы – М лок – и одно изображение размером с ноготь, которое в полиции сочли медведем на четырех лапах. Горничная сообщила полиции, что ее хозяйка, леди Кларенс, велела ей высыпать содержимое банки в десертный ликер, который в итоге выпил лорд Кларенс. Горничная сочла, что это подсластитель, и лишь позже поняла, что это был яд.

Я стала читать дальше и схватилась рукой за горло. Полиция явилась в дом леди Кларенс вчера поздно вечером – наверное, вскоре после того, как она вернула банку, что объяснило бы свежую краску на поспешно напечатанной вкладке в газету, – но леди Кларенс яростно отрицала слова горничной, настаивая, что понятия не имеет ни о какой банке с ядом.

Перевернув страницу, я узнала, что делом первостепенной важности было сейчас установить «происхождение» яда, поскольку «продавец» (тут я тихонько вскрикнула) может разрешить противоречие между рассказами леди Кларенс и ее горничной. Констебль выражал надежду, что в обмен на разумное снисхождение продавец укажет на того, кто на самом деле купил яд, убивший лорда Кларенса.

Но насколько же все причудливо сложилось! Лорда Кларенса вовсе не должна была постичь внезапная неизбежная смерть. Мисс Беркуэлл должна была выпить шпанскую мушку и избежала этой участи, не пострадав, – ее и не подозревали в убийстве любовника, ее имя даже не упоминалось в статье. Я все это время переживала из-за того, что она может умереть, но бог свидетель, как все обернулось в ее пользу!

В конце статьи была грубая картинка: перерисованный от руки восковой оттиск, предоставленный горничной.