Тайная лавка ядов

 – «Эликсир для восстановления дыхания в легких скончавшегося младенца», – прочел он вслух. Потом, глядя на меня, добавил: – Если верить отцу, я родился мертвым, как и все остальные. Заклинание вернуло меня к жизни.

Он напрягся, словно ему было больно делиться этим откровением.

– Если бы мать была жива, она бы сама рассказала вам об этом.

– Соболезную, – прошептала я; наши лица были совсем близко.

Он облизнул губы и взглянул на дверь лавки.

– Это лавка отца. Он открыл ее после того, как мать умерла. В витрине, там, где вы зашли, все безделушки – ее. Она собирала их для детей многие годы. Большинством никто не пользовался и даже не трогал.

Я не могла не спросить:

– Когда умерла ваша мать?

– Вскоре после того, как я родился. Вообще-то, на той же неделе.

Я прикрыла рот рукой.

– То есть вы стали первым младенцем, который выжил, а потом она не…

– Говорят, это проклятие чародейства. Из-за него книги, вроде той, что у вас в руках, надо сжечь. – Я нахмурилась, не понимая, о чем он, и Том продолжал: – Считается, что проклятие чародейства в том, что за каждое приобретение полагается большая потеря. За каждое заклинание, которое срабатывает, будет что-то еще – в настоящем, естественном мире, – что выйдет очень, очень скверно.

Я посмотрела на книгу у него в руках.

Уйдет немало времени, не меньше нескольких часов, чтобы прочесть все заклинания в ней. И даже тогда, кто знал, найду ли я что-то, что может оказаться полезным?

– Вы верите в проклятие чародейства? – спросила я.

– Я не знаю, во что верю. Я только знаю, что эта книга для меня – особенная. Меня бы здесь не было, если бы не она. – Он бережно положил книгу мне на колени. – Я бы хотел, чтобы она была вашей. Можете взять ее бесплатно, если пожелаете.

– О, я могу вам заплатить, без сомнения… – Я сунула потную руку в карман в поисках монеты.

Он поднял руку, но не тронул меня.

– Я лучше отдам ее кому-нибудь, кто мне нравится, чем совсем чужому человеку.

В ту же секунду мне стало жарко, почти дурно, и желудок принялся выписывать у меня внутри кренделя.

– Спасибо, – сказала я, прижимая книгу к груди.

– Пообещайте одно, – сказал Том, – если найдете в книге заклинание, которое сработает, будет два из двух. Пообещайте мне, что зайдете в лавку и расскажете мне.

– Обещаю, – сказала я, распрямляя затекшие ноги, чтобы встать. И, хотя мне не хотелось уходить, причин остаться у меня не было. По пути к двери я в последний раз обернулась. – А если я испытаю заклинание, а оно не сработает?

Эта мысль, казалось, застала его врасплох.

– Если заклинание не сработает… Что ж, тогда книге нельзя верить и вы должны будете вернуться, чтобы обменять ее на другую.

У него лукаво блеснули глаза.

– То есть в любом случае…

– Увидимся. Доброго вам дня, Элайза.