Тайна рождения

Не должно было это выглядеть именно так!»

А как все это должно происходить, Елене тоже трудно было представить. Может, как у того бородатого мужика с их кухаркой, которых она застала в детстве на сеновале. Вот там не было ни красоты, ни нежности, ни страсти. Что-то отвратительное, звериное… Если бы муж таким образом овладел этой девкой, возможно, Елена увидела бы в этом только комическую сторону. Конечно, поморщилась бы от брезгливости, но не почувствовала бы себя преданной. Ведь ей не нужна такая грубость! Но Владимир отдал другой свою заботливую нежность, свое безумное желание, которое, как Елена надеялась, обратит на нее, когда они встретятся после долгой разлуки.

Она бросила на жующую Варю взгляд, полный ненависти. Тупое, примитивное создание удостоилось любви лучшего мужчины на свете. А как иначе можно назвать то, что увидела Елена, если не любовью?

Почувствовав, что на нее смотрят, Варя замерла и часто заморгала, не решаясь спросить, чем опять провинилась? Ведь сама же хозяйка приказала есть… А Варя таких фруктов в жизни не пробовала. Она, конечно, понимала, что дополнительной провинности уже и не требуется, чтобы ненависть графини вспыхнула с новой силой. Стоит ей лишь вспомнить…

Сама Варя, как только вспоминала, в животе у нее все сладко сжималось. И так хотелось всем телом прильнуть к своему прекрасному возлюбленному, который сделал ее женщиной, будущей ее матерью, все счастье жизни дал познать… Вот только куда заведет ее это познание, Варя так до сих пор не знала. Что задумала графиня? Зачем везет ее в Родники? Если со свету сжить задумала, так зачем бананами кормит?

— Ты наелась? — холодно спросила Елена Павловна. — Пора ехать.

— Ой, пора, голубушка Елена Павловна, — засуетилась Глаша, вскакивая. — Солнце-то уж в зените, а дни все короче делаются. Засветло бы доехать!

— Надеюсь, доедем. Не хочу еще одну ночь на постоялом дворе провести. Это ведь не отель в Баден-Бадене.

— И то верно, — подхватила горничная, которую графиня брала с собой за границу. — Уж там красота какая в номерах! Все белое да золотое, цветы кругом… А здесь что? Убожество сплошное…

В дороге Варю опять замутило — то ли иностранный фрукт ее организм не принял, то ли трясло слишком на ухабах. Пришлось остановиться посреди поля и дожидаться, пока она справится со своим недомоганием. Елена Павловна вся содрогалась от непристойных звуков, и отошла подальше, стараясь вслушиваться в стрекот кузнечиков и звон невидимых в вышине жаворонков. Ее сердце уже трепетало от ощущения близости родных мест, где она в детстве провела столько чудесных дней! Их семейство выезжало в Родники каждое лето, и Елена наслаждалась здесь той свободой, которой не знала в Петербурге.