Тайна поющей змеи

— Да уж, может живот свести, — подтвердила тетя Матильда, отодвинула чашку кофе и стала просматривать «Лос-Анджелес Таймс».

Юпитер взял один-единственный тост.

— Боже мой, кто бы мог ожидать! — проговорила тетя Матильда и вздохнула.

Юпитер с любопытством посмотрел на нее. Матильда не часто вздыхала.

— Мне было семнадцать лет, когда этот фильм вышел, — продолжала она. — Я смотрела его в «Одеоне».

Дядя Титус будто и не слышал.

— Я потом целую неделю не спала, — сказала тетя Матильда и протянула газету дяде Титусу. Юпитер встал и, взглянув через плечо дяди, увидел снимок — худое мужское лицо с резко выступающими скулами, втянутые ноздри и пронзительные темные глаза. Мужчина пристально смотрел в глубину светящегося хрустального шара.

— Рамон Кастильо в «Логове вампира», — объявил Юпитер. — Он мог сотворить со своим лицом все, что угодно, — гигант.

Тетя Матильда вздрогнула.

— Видел бы ты его в «Крике оборотня».

— А я и видел, — отозвался Юпитер. — Месяц назад по телевизору показывали.

Дядя Титус дочитал заметку, помещенную под снимком недавно скончавшегося знаменитого актера.

— Тут сказано, что на двадцать первое назначена продажа имения Кастильо, будет аукцион, — заметил дядя Титус. — Я бы съездил.

Тетя Матильда задумалась, слегка нахмурив лоб. Она знала, что дядя Титус обожает аукционы. Знала и то, что «Склад Джонса» славится тем, что здесь можно найти все. Люди приезжают к ним, когда им нужны стальные балки, старинные ванны, солнечные часы Бог весть какой давности. Однако некоторые экстравагантные приобретения дяди Титуса упорно не продавались. А тетя Матильда была убеждена, что все должно приносить доход.

— Распродают все, что принадлежало Кастильо, — продолжал дядя Титус. — Костюмы, в которых он снимался, даже хрустальный шар из «Логова вампира».

— Представляешь, сколько налетит торговцев, которые охотятся за актерским хламом, — заметила тетя Матильда. — А уж цены взвинтят — не подступишься.

— Что верно, то верно. — Дядя Титус отложил газету. — Коллекционеры ринутся толпами.

— Еще бы. — Тетя Матильда встала и принялась убирать со стола. Шагнула к раковине и вдруг замерла, к чему-то прислушиваясь. На улице послышалось цоканье копыт.

— Это девчушка Джамисонов, — решила тетя Матильда.

Юпитер выглянул в окно. Действительно, Джамисонова девчонка, и как всегда верхом на своей андалузской. Кобыла грациозно переступала точеными ногами, голова высоко поднята. Гнедая красавица, с белыми чулками на задних ногах.

— До чего хороша, — сказал Юпитер, — сразу видно — чистокровная андалузская верховая.

О всаднице он ничего не сказал — девочка пряменько сидела в седле и глядела перед собой.

— К морю, видно, едет покататься, — заметила тетя Матильда.