Тайна гувернантки

— Это вполне закономерно, — мягко произнесла Кейлин.

С братом они помирились, свою вину он осознал, нет смысла подогревать ссору.

— Но я ожидал, что она позволит принести извинения лично…

— Девушка опасается. Вполне ожидаемо, как сказал бы Ричард.

— Кстати, а где Ричард? Он не явился к завтраку.

Кейлин махнула рукой:

— Уехал в Рединг, сказал, у него там какие-то дела. И вернется только к вечеру. Не беспокойся за него, Ричард возвратится, он пообещал не исчезать до окончания торжеств. Еще несколько дней мы сможем удерживать эту птичку в клетке. — Кейлин усмехнулась. — А потом он улетит.

— Он какой-то странный в последнее время.

— А по-моему такой, как всегда.

Кеннет пожал плечами. Ричарду свойственны резкие перепады настроения, и его желание побыть подальше от горстки надоевших ему гостей вполне объяснимо. К тому же Кейлин начинала кое о чем подозревать в отношении Ричарда; выводы делать рано, и все же, все же… Впрочем, Кеннету о ее догадках знать уж точно не следует.

— Сегодня у нас обед в саду, — напомнила Кейлин, — а вечером — игра в шарады. И я буду тебе очень благодарна, если ты уделишь внимание Аделии, которой фантастически пренебрегал вчера вечером.

— Хорошо, — кивнул Кеннет.

— Только не води ее далеко в парк, — пробурчала сестра так, чтобы брат не слышал.

Шел мелкий дождь, и Эмбер надвинула капюшон плаща на лицо, стараясь защититься от летящей пронзительной мороси. Погода не для прогулок; конюх ей так и сказал, когда Эмбер попросила его оседлать Маргаритку. Но обещание, данное Ричарду, хотелось сдержать; пока слуга с запиской с отказом достигнет Фэйрхед-Мэнор, лорд Мэнли может выехать, и ищи его тогда. Поэтому Эмбер записку писать не стала, настояла на том, чтобы на Маргаритку надели седло, и выехала в хмурившееся утро.

Бруно вчера вечером начал кашлять, так что занятия на сегодня отменили; миссис Моуди проведет весь день с мальчиком, а Эмбер Шерра сказала, что та может распоряжаться временем по своему усмотрению. И взглянула несколько вопросительно, однако объяснений просить не стала. Эмбер не поехала вчера к Фэйрхедам, а в сегодняшнем приглашении ее имени, скорее всего, не будет, если Кеннет умеет правильно понимать намеки. С хождением в гости покончено. Во всяком случае, к этим людям.

Это больно и очень неприятно, только что с этим делать, Эмбер не знала.

Кеннет извинился, и она почти поверила его извинениям, его вроде бы искренним строчкам. Так ему и написала, что все принимает. Но усугублять не следовало: и так Эмбер поддалась на уговоры Шерры. Эти красивые платья, эти драгоценности…

Кстати о драгоценностях: следовало бы возвратить браслет, слишком роскошный для скромной гувернантки, однако проснувшееся в Эмбер озорство настаивало на том, чтобы оставить его у себя.