Тайна фанатки

Мы немного опоздали на пересменку, и когда подъезжаем к дому, мужчина подходит, чтобы открыть мне дверь, ухмыляясь, когда Джулиан бурчит на него.

– Добрый вечер, Мэдди, – воркует он, протягивая мне контейнер с едой. – Угощение от жены. Она сказала, что, если ты хотя бы подумаешь поделиться им со мной, она меня кастрирует.

Впервые за несколько часов я искренне улыбаюсь, беру контейнер и открываю его, чтобы посмотреть содержимое.

– Банановый хлеб, – догадываюсь я вслух, судя по виду и запаху, и Гектор кивает в подтверждение. Я размышляю, наслаждаясь тем, как Нив любит мучить своего мужа. – Твой любимый.

Еще один кивок, и он смущенно признается:

– Я пропустил ужин с родственниками жены.

Я улыбаюсь еще шире. Если они хоть немного похожи на моих, то я даже не могу его винить.

Сжалившись над ним, я отвечаю:

– Не волнуйся, я оставлю тебе кусочек, съешь утром под кофе.

– Эй, а как же я? – вмешивается Джулиан, и мне приходится закатить глаза, поскольку они выглядят, как дети-переростки.

– И для тебя немного оставлю, – говорю я, качая головой.

Потом желаю им обоим спокойной ночи и направляюсь к двери. Оборачиваюсь, чтобы помахать, и вижу, как они оба ведут тихую, оживленную беседу, и мое замешательство, которое я испытала ранее, возвращается в полной мере. Настолько, что я не могу удержаться и кричу:

– Гектор, ты не видел моего брата?

Они оба поворачивают головы в мою сторону, а Гектор слишком быстро отвечает:

– Нет, – и прежде, чем я успеваю сказать что-нибудь еще, он добавляет: – Спокойной ночи, Мэдди.

Когда я вхожу в дом, там, как я и ожидала, темно. Хэлли ужинает со своей семьей и вернется поздно, и даже несмотря на то, что снаружи Гектор, я оставляю свет на крыльце включенным для нее. Затем поднимаюсь наверх, раздеваюсь и иду принимать столь необходимый душ. Но вода недостаточно горячая, чтобы стереть прикосновения моего будущего женишка. Закончив, я направляюсь в свою комнату, переодеваюсь, не позволяя себе задерживать взгляд на футболке, все еще висящей на спинке стула, и тянусь к футболке Джоша. Число двадцать два уже не кажется таким родным, как раньше, не теперь, когда число девятнадцать сыграло против меня решающую роль.

Наверное, мне следует вернуть джерси Нове или, по крайней мере, выбросить ее. Я просто мучаю себя, оставляя ее висеть на стуле. Но, похоже, сил сделать это пока нет. Хватаю телефон, включаю плейлист с песнями Гарри Стайлза, чтобы немного взбодриться, а затем достаю электронную книгу, погружаясь в чью-то вымышленную любовную историю, пытаясь забыть о своей собственной. Но успеваю прочесть всего несколько глав, как музыка глушится и на экране телефона высвечивается чей-то звонок.

Потянувшись за ним, я хмурюсь при виде незнакомого номера.