Таифская роза Адама

Да, наверное, она сожалела сейчас… Сожалела, что все обернулось именно так…

— Я не могла на него повлиять, Адам, — тихо, измученно произнесла Карла, — никогда не могла, кто бы что ни думал… Старалась не вникать, не думать…"

"— Ты свободна… Ты красивая женщина и обязательно еще найдешь свое счастье. Случилось то, что случилось. Я не буду раскаиваться перед тобой за то, что убил твоего мужа. Но и кичиться этим тоже не стану. Я сожалею, Карла. Поверь мне… Если бы я мог… — на секунду маленькой Нике показалось, что мужчине тяжело говорить. Он словно бы тоже пытается совладать с эмоциями, — тебя ждут верные слуги. Ты имеешь право забрать все, что пожелаешь. Все деньги Ибн-Филов также переходят к тебе, мне они не нужны. Уезжай отсюда, и поскорее. И попытайся забыть. Попробуй…

Ника дергается. Единственное, что сейчас звучит в ее детском израненном сознании — слова этого безумно красивого и безумно ненавистного ей мужчины «убил твоего мужа»… Так вот что случилось… Папа убит… А это убийца ее отца… Тот, кто повинен в том, что их счастливая жизнь в один прекрасный день превратилась в ад. Она падает на пол, теряя равновесие. Адам резко поворачивает голову на шум. Ника замирает. Ей кажется, что их взгляды пересекаются, хоть он и не должен ее видеть — щель слишком узкая. Минута или вечность — они смотрят друг на друга через преграду. Время словно бы замирает. И Ника не может понять, что с ней происходит. Она словно бы в оцепенении, первобытный страх сковал все ее инстинкты — она словно бы уже и не жива. Волнение, необъяснимое и непонятное, замешанное на чем-то большем, неизведанном. А потом глаза снова возвращаются к матери, которая пытается отвлечь внимание рокового собеседника от гардеробной.

— Я уйду, шейх Адам Макдиси, но не пожелаю тебе ни счастья, ни удачи!

Новая картинка перед глазами. Она-юная девушка, подросток. Сколько ей тогда было? Тринадцать-четырнадцать? Центр Флоренции, неторопливая река Арно, нелепый и влекущий мост Понте Веккио, похожий на старую шкатулку с множеством отделений… Здесь прошло ее отрочество. Здесь началась ее юность. Она у материнской кровати. В комнате пахнет лекарствами и травами. И еще чем-то. Нехорошим, пугающим. Она потом поймет, фаталы ее научат. Это запах приближающейся смерти…

Карла Сфорца, некогда прекрасная супруга правителя Таифа, так и не смогла принять гибель мужа. День ото дня она словно бы увядала, подобно тому, как роза чахнет без воды, оторванная от корней. И в то же время, стоя у порога вечности, расслабившись и отпустив себя, не пытаясь более сопротивляться и меняться, ее лицо вернуло былое благородство и изящество, огрубевшие за годы тоски по любимому черты снова обрели утонченность… Она уходила с улыбкой на лице и его именем на устах.