Тафгай

 – В последний раз я видел тебя в них, когда мы с парнями выгружали мебель. Я стал настолько тверд, что мог бы запросто поднимать гребаные шкафы на собственном стояке.

– Боже, ты такой придурок, – прыснула я, закрывая лицо руками.

Он убрал мои руки от лица, и его пронзительные голубые глаза встретились с моими, превращая это мгновение в вечность.

– Ты становишься сексуальней каждый раз, когда я тебя вижу, Мерфи. Не важно, что при этом на тебе надето – очки, короткое платье или тот ужасный бабулин свитер с треклятой бахромой. Ты прекрасна. Всегда. И я без ума от тебя, понимаешь?

По моей щеке скатилась слеза, и Эш сцеловал ее.

Будь такое возможно, я бы снова влюбилась в него.

– Так ты пойдешь со мной на долбаное свидание или нет? – нетерпеливо спросил недоумок.

Его голова склонилась набок в ожидании ответа. Брови сдвинулись к переносице, а руки, лежащие на моей талии, напряглись.

– Да – ответила я, чувствуя, как пульс подскакивает до небес.

Сандерс глубоко вздохнул, словно все это время не дышал, и на его лице растянулась победная улыбка.

– Да, – довольно повторил он, затем обнял меня за плечи и повел обратно в сторону кухни. – Только за еду платишь ты.

– Что?!

– Шутка! – Эш наклонился и лизнул мою щеку. – И, пожалуйста, прекрати быть такой красивой. Иначе я снова на тебе женюсь.

Глава 36. Эш

Сразу после того как мы с командой и тренерами отсмотрели предыдущие матчи виннипежцев, чтобы лучше понять технику и стратегию противника перед предстоящей домашней игрой, я поехал на тренировочный лед, где меня ждала встреча с Вадимом Бикеевым – крутейшим тренером из Онтарио.

Бикеев – мировая легенда. Один из самых результативных игроков в истории НХЛ. Ну, после Гретцки[31], разумеется. Его силовые приемы всегда славились чрезвычайной зрелищностью, и я буду охренительно счастлив, если сегодня этот крутой мужик научит меня парочке трюков.

В вестибюле домашней арены толпились репортеры. Разлитое в воздухе возбуждение говорило о том, что Бикеев еще не приехал. Хорошо, что этих пингвинов с микрофонами не пропустят на каток. Предыгровые тренировки, пусть даже персональные, надежно ограждаются от излишнего внимания.

Стоило только войти в здание, как журналисты набросились на меня, как пираньи на вкусную рыбку.

– Сандерс! Сандерс! – слышалось со всех сторон.

Я остановился, расправил плечи и подмигнул хорошенькой пожилой журналистке, которая напомнила мне мою бабулю. Перед моим носом тут же оказалась дюжина микрофонов, и вопросы обрушились на меня словно пули.

– Вегас, как дела в личной жизни?

– Получше, чем у тебя, приятель, – ответил я, подписывая протянутую джерси.

По толпе прокатились смешки. Затворы фотокамер загремели, будто выстрелы.