Табу на любовь

Барсуков умчался, увозя Ратти от меня. Возможно, передышка — к лучшему. У меня будет время все хорошенько обдумать. И, разумеется, настал черед дражайшей невестушки. Пора бы навестить и ее.

— Прости, я должен был предвидеть его появление!

Саша гнал машину на безумной скорости, не обращая внимания на то, что я от страха вжимаюсь в сиденье всем телом и стараюсь всеми силами гнать из мыслей мрачные картинки покореженных автомобилей.

— Ты ведь не знал, — возразила я.

А мысленно добавила: если бы догадалась, кто именно является хозяином загородного особняка, то не согласилась бы на поездку.

— Нужно было ему и морду расквасить! — цедил Александр, а я поняла, что согласна идти пешком до самого дома, только бы не мчаться на такой скорости в замкнутой жестянке.

— Саш, ты не мог бы притормозить, — попросила я.

Барсуков мотнул головой, но скорость снизил. А потом и вовсе остановился и съехал на обочину.

Я тут же вышла из прогретого салона автомобиля, на секунду прикрыла глаза, пережидая, пока гулкие удары сердца стихнут, а дыхание восстановится.

Саша уже обошел машину и замер рядом.

— Укачало немного, — оправдалась я.

Барсуков хмуро кивнул. Я никогда не видела, чтобы Саша курил сигареты. Но сейчас заметила в его руке измятую пачку. Странное сочетание: владелец фитнес-клуба, спортсмен и губительный для здоровья никотин.

Я сосредоточила все свое внимание не картонной пачке в крупных мужских пальцах. Наблюдала, как друг зажигает сигарету и делает несколько жадных затяжек.

Задержала дыхание, боясь, что от дыма меня затошнит еще сильнее. Смотрела, как мимо нас проносятся автомобили и превращаются в мелкие точки на горизонте.

Мысли вернулись к событиям в домике.

Меня не целовали еще вот так. С неистовой силой, мощью и жаждой. Будто он тонул, а единственным источником воздуха — была я.

Если бы в этот миг не было свидетелей, я бы разрыдалась, а рот закрыла бы ладонью в попытке стереть пульсирующую боль с собственных губ.

Сволочь! Самая натуральная беспринципная сволочь этот Львовский!

Мне казалось, что мужские губы и пальцы оставили ожог на мне, заклеймили, и весь мир теперь видит мое смятение.

Я погрузилась в собственные мысли настолько, что не заметила, как Саша приблизился вплотную ко мне.

Не нужно быть гением, чтобы угадать намерения этого мужчины. Я понимала, что поступаю нечестно по отношению к Барсукову. Но мне нужно было стереть воспоминания о женихе сводной сестры.

И сама привстала на цыпочки, чтобы быть ближе к Саше. Сама сделала первый шаг.

Александр обхватил мой затылок ладонью. В его прикосновениях не было ничего общего с дикими, жадными и необузданными касаниями Романа.