Табу на любовь

Встал, преодолел те несколько метров, что разделяли тренажерку от «аквариума».

Мой взгляд замер на тонких пальцах. Ни следа лака. Никаких украшений. Только тонкая полупрозрачная кожа, под которой лихорадочно бился пульс.

Я не слышал ничего, думал лишь о том, как буду стягивать облегающие штаны и короткий топ с изящного тела. Страсть рвалась и звенела в воздухе. Требовала выхода. И я с трудом контролировал свои движения.

Ее глаза были прикрыты. Она находилась во власти танца и музыки. А губы что-то шептали. Я не слышал слов, видел лишь шевеление полноватых губ. Должно быть, эта Маша — ведьма. Ведь мое тело, налитое кровью, твердило, что свихнусь я на этой танцовщице, если немедленно не отымею ее.

Я стоял перед прозрачной дверью, не сводил взгляда с застывшей в последнем движении фигурки.

А девушка тем временем повторно собрала в пучок волосы, которые растрепались во время танца. Но случайно оставила одну прядь. Мне хотелось протянуть руку и коснуться темных волос, чтобы ощутить, как они послушными змейками путаются в пальцах.

Я все еще находился в странном состоянии транса, когда Маша взяла пульт и вырубила музыку. Ее дыхание было все еще рваным. Капельки пота катились по вискам. И я представил, какой горячей и страстной она будет в моей постели.

Я трахну ее. Это даже не обсуждается.

— Мне нужно пройти, — услышал тихий, уставший, но твердый голос девушки.

Я стоял в дверях, преграждая ей путь. Не двигался, смотрел с высоты своего роста, отмечая лихорадочно бьющуюся жилку на шее, изящный изгиб плеча, хрупкие запястья и тонкие, длинные пальцы.

— Сколько? — произнес я.

Понял, что фигура девчонки меня полностью устраивает. Даже крохотная грудь заводила до предела. Да, она была решительно не в моем вкусе. Рост слишком маленький и задница плоская. Не говоря уже о том, что она совсем не блондинка с голубыми глазами. Но мой член реагировал именно на нее, отодвигая все заботы в пекло.

— Чего «сколько»? — прищурилась она.

Я не двинулся с места, не позволил ей пройти. Поднял руку и коснулся длинной пряди, не спрятанной в пучок на ее затылке.

Шелковая полоска обвила палец, а мне вдруг захотелось больше. Захотелось намотать всю копну волос на кулак, потянуть, заставить девчонку смотреть мне в лицо. В идеале — стонать в голос, когда я буду брать ее вновь и вновь из любой позиции, какую захочу.

— Сколько ты хочешь за секс? — повторил я вопрос.

Я знал, что меня отпустит. Эта Маша не подходит на роль постоянной любовницы. У меня есть Марго, которая исправно отсасывает и всегда готова по первому звонку.

Мне нужно было просто удовлетворить любопытство именно с ней, с этой гибкой азиатской танцовщицей.

Оплеуха была неожиданной. Нет, она не причинила боли. Но мое эго было задето.