Табу на любовь

Из фургона вышел молодой парень в униформе, распахнул заднюю дверь автомобиля и принялся перетаскивать в подсобки массивные коробки и корзинки с цветами.

— Привет! Я помогу! — радостно заявила я парнишке и, прежде чем он успел возразить, схватила небольшую коробку и потащила ее к зданию.

Оказавшись внутри помещения, сгрузила свою ношу в указанном месте. На вопросительный взгляд молоденькой официантки улыбнулась:

— Мне только руки помыть!

Девушка кивнула, махнула рукой в нужном направлении. Однако я уверенным шагом отправилась в зал, понадеявшись, что Львовского я успею найти до того, как его охранники обнаружат мое присутствие в ресторане.

И в этот раз удача улыбнулась мне. Напыщенный мажор завтракал в гордом одиночестве, орудуя ножом и вилкой. И мне вдруг захотелось этот самый нож использовать не по прямому назначению.

Однако пришлось глубоко вздохнуть и напомнить себе, что моя встреча с этим субъектом должна закончиться успешно. Я просто обязана убедить его отозвать жалобы на моего пса.

— Приятного вам аппетита, многоуважаемый Роман Дмитриевич! — жизнерадостно произнесла я, без приглашения присаживаясь напротив молодого мужчины.

Кажется, Львовский поперхнулся, а я миролюбиво придвинула стакан с водой ближе к собеседнику. Не хватало еще, чтобы он подавился и задохнулся от асфиксии на моих глазах!

— Рада видеть, что у вас все замечательно. Все органы на месте, целые и невредимые! — не унималась я. — А главное, чистые и сухие!

Львовский прокашлялся, осушил стакан воды и взглянул на меня.

— Кто такая? — мотнул он головой.

Я поняла, что у меня всего несколько секунд. И по щелчку пальцев к столику уже мчатся плечистые ребята.

— Вчера в парке. Мой пес не виноват. Это я бросила мяч. Сумрак безобидное существо! — затараторила я.

— Вон! — повысил голос мужчина.

— Вы не понимаете! Это ведь всего лишь пес! Его все соседи любят! Он детей обожает! — пыталась я убедить собеседника. — Он и мухи не обидит!

— Пошла вон! — процедил Львовский.

Всего долю секунды я смотрела на красивое, волевое лицо, прямой нос и идеально уложенные волосы. Мда, этот напыщенный, самовлюбленный красавчик станет отличной партией моей сводной сестре. Будет у них крепкая, дружная семейка моральных уродов.

После короткого кивка, охранники тут же сдернули меня со стула, словно я была тряпичной куклой. Я видела, как Львовский небрежно бросил салфетку на стол. Весь вид мужчины выражал брезгливость, будто бы с ним за одним столом оказалась горка дерьма, а не человек.

— Как можно быть таким придурком?! — шипела я вполголоса, но, кажется, Львовский прекрасно расслышал мои слова.

— Забудь, что у тебя был пес! — голос пробрал до мурашек, но я не успела возразить. Охранники уже вытолкали меня из зала, а потом и из здания.