Американский таблоид

Беннет Серф подошел к ней и попытался заглянуть за вырез ее платья. Владимир Горовиц помахал ей, подзывая к пианино.

Кемпер спустился в вестибюль отеля на частном лифте. Схватив трубку бесплатного телефона, он показал девушке-оператору свой жетон и попросил ее соединить его с прямым чикагским номером.

Она повиновалась. Хелен взяла трубку после второго же гудка.

— Это я, милая. Тот, кто когда-то тебе нравился.

— Кемпер! Чего это ты заговорил с приторным южным акцентом?

— Мне приходится быть осторожным.

— Ну а мне приходится учиться на юрфаке и подыскивать квартиру, а это нелегко!

— Все хорошее не так просто достается. Спроси своего пожилого бойфренда, он тебе подтвердит.

— В последнее время Уорд стал замкнутым и будто чего-то недоговаривает. Не попытаешься?..

Уорд снял трубку второго телефона:

Хелен рассыпалась в поцелуях и повесила трубку. Кемпер сказал:

— Сам привет. Терпеть не могу резко переходить к делу, но ты не?..

— И Бобби дал «добро». Сказал, что хочет, чтобы ты тайно работал на нас, и желает, чтобы ты узнал больше относительно наводки, которую дал нам Роланд Кирпаски, то есть, попытался выяснить, существуют ли на самом деле тайные бухгалтерские книги пенсионного фонда, в которых сокрыта информация о десятках миллионов долларов.

— Хорошо. Это… да, это и вправду хорошо.

Кемпер понизил голос:

— Бобби еще раз повторил то, о чем я тебе уже говорил. Избегай ненужного риска. Помни об этом. Бобби больше придерживается буквы закона, чем я, так что помни, что тебе следует быть осторожным — и теперь не только ради себя самого.

— Я буду осторожным. Есть у меня один на примете, человек, связанный с мафией, которого я могу прижать с обвинением в убийстве, и, полагаю, я смогу сделать его информатором.

Через вестибюль прошла та самая женщина в норковой шубе.

За ней бросилась толпа коридорных, каждый из которых горел желанием открыть ей дверь.

— Да благословит тебя за это Бог, Кемпер. И передай мистеру Кеннеди, что я его не разочарую.

Кемпер положил трубку и вышел. Вдоль 76-й улицы дул порывистый ветер, опрокидывая стоящие на тротуаре урны.

Женщина в норке стояла под козырьком отеля. Она разворачивала подарок Джо Кеннеди.

Кемпер стоял совсем неподалеку от нее. Подарок оказался брошью с бриллиантами, обернутой в тысячедолларовые банкноты.

Мимо проплелся какой-то алкаш. Женщина в норковой шубе сунула ему брошь. Ветер поерошил купюры — там было не меньше пятидесяти штук.

Алкаш захихикал и уставился на брошь. Кемпер рассмеялся.

Притормозило такси. Женщина наклонилась и сказала:

— Пятая авеню, дом 881.

Кемпер открыл для нее дверь автомобиля.

— Не находите, что Кеннеди — вульгарные?

Ее глаза были сногсшибательного прозрачно-зеленого цвета.