Американский таблоид

Кемпер был чужаком, который входил в круг избранных друзей семьи.

Каждый вечер он звонил ей с дороги. Лора считала, что это делается чисто для проформы.

Он знал — ей не хватает Ленни Сэндса. Она не знала, что это он изгнал его из ее жизни.

Ленни сменил свой чикагский номер — больше она не могла ему звонить. Кемпер отследил его телефонные счета и убедился, что тот ни разу не набрал ее номер.

Зато о Ленни вспомнил Бобби — как о «великом педагоге по ораторскому мастерству». Кому-то из членов президентской команды понадобился краткий курс, и Ленни был приглашен в Нью-Гемпшир.

Джек «представил» Ленни Кемперу. Ленни подыграл ему: на его лице не отразилось ничего похожего на враждебность или страх.

Ленни сделал из Джека первоклассного оратора. Бобби включил его в штаб предвыборной кампании в Висконсине — в качестве штатного «собирателя толп». Ленни собирал максимальное количество людей с минимальными затратами — Бобби не мог на него нарадоваться.

Клер проводила большинство уик-эндов с Лорой. Она рассказывала, что единокровная сестра Джека была ярой сторонницей Никсона.

Они говорили в середине февраля — мистер Гувер сам позвонил ему. Он сказал: «Сколько лет, сколько зим!» — абсолютно лишенным лукавства тоном.

Кемпер сообщил ему последние новости касательно своего «задания» и перечислил старые подозрения Джо Кеннеди. Гувер сказал: «Я сфабрикую кое-какие материалы, чтобы подкрепить твое алиби. Таким образом, чтобы становилось ясно: все твои поездки во Флориду были инициированы исключительно мной. Высочайшим повелением объявляю тебя главным советником Бюро по вопросам группировок сторонников Кастро».

Кемпер сообщил ему даты своего пребывания во Флориде. Гувер прислал ему сфабрикованные «расписания», чтобы он их запомнил.

Гувер ни словом не обмолвился о предвыборной кампании. Кемпер понял, что он предчувствует победу Кеннеди.

Гувер не стал затрагивать ни тему Джека, ни джековских женщин. Гувер не предложил установить «жучки» в квартирах проституток. Гувер так и не понял, почему Кемпер Бойд отдалился от него.

Просто-напросто он не хотел еще одного шантажа на сексуальной основе. Просто он хотел доказать свою верность хотя бы этим.

Каждую ночь он снабжал Джека девочкой по вызову. Он обращался за помощью в отдел нравов местной полиции — и лично обыскивал всех девушек, которых затем трахал Джек.

Девушкам Джек нравился.

Как и специальному агенту Уорду Дж. Литтелу.

Они не общались уже больше полугода. Уорд, правда, появлялся на большом съезде демократов в Милуоки — некогда Чикагский Призрак, ныне больше смахивающий на тень.

У него был болезненный и запущенный вид. Словом, никто и ни за что не заподозрил бы в нем федерального агента.