Сыскное бюро Ерожина

Если это дело рук синеокой красавицы, то она, открыв дверь, должна начать пальбу. Покончив с установкой чучела, Петр Григорьевич зажег в номере свет. Задний свет немного слепил и делал куклу генерала абсолютно живой. Единственно, что не предусмотрел кукольник, так это дистанционное управления механизма. Пружина поднимала руку десять раз и требовала нового завода.

Свой собственный наблюдательный пункт они устроили в маленькой комнатке кастелянши. Там имелось три стула, гладильная доска и огромный шкаф с постельным бельем. Грыжин в своей записке назначил Дине свидание на семь часов вечера. До назначенного времени оставалось два часа. В соседних с чучелом номерах уже заняли свои посты по два бойца из группы захвата. Еще двое дежурили внизу и двое возле черного хода. В коридоре под видом официанта фланировал Дима Вязов. В холле «торговал газетами» Коля Маслов. Каждый имел фотографию синеокой красотки. Все варианты отступления преступницы были продуманы и возможности для отступления прикрыты.

Иван Григорьевич уселся на стул и, достав свою фляжку, сделал глоток. После чего крякнул, вытер губы платком и посмотрел на Ерожина. Тот с трудом сдерживал давивший его хохот. Жест живого генерала уж слишком напоминал механику кукольного прототипа. Грыжин понял и неожиданно заржал сам. Его раскатистый бас загремел по этажу.

– Тише, ты, Григорич. – Спугнешь мне Марысю. – Вытирая слезы платком, зашикал подполковник. Но остановить генерала оказалось не так просто. Иван Григорьевич налился краснотой, закашлялся, и только тогда приступ смеха его оставил.

– Ой, Петро, точно говорю, не к добру наше веселье. Чую не к добру. – Прохрипел Грыжин.

– А что, собственно, ты тут, Григорич, делаешь. Думаешь, без тебя не управятся? Чучела твоего вполне достаточно. Не вижу смысла вам вдвоем торчать. – Заметил Ерожин."

"– Ну, знаешь! Мой мундир под пули, можно сказать, поставлен, а я буду дома отсиживаться? Нет уж дудки. – Возмутился Грыжин, и было, полез за фляжкой, но вспомнив реакцию сыщика, одернул руку.

– Скажи, Григорич, в тебя по жизни часто стреляли? – Поинтересовался подполковник. Они друг друга знали много лет, о многом успели переговорить на дачной баньке генерала, но эту тему никогда не поднимали.

– Веришь, Петро, ни разу. А случаев, когда вооруженных бандитов брал, не скажу, что сотнями, но десятками могу посчитать. – Грыжин задумался, что-то вспомнил и грустно улыбнулся: – Вру. Сонечка в меня раз пальнула.

– Дочка? – Не понял Ерожин.

– Она. Три годика ей было. Я ружье на стул положил и замешкался. Малышка его подняла и уронила. Чудом не задело. А дробь зарядил крупную, на глухаря собрался. Так, что и в меня залп был. А бандитской пули увидать не пришлось. – Генерал смолк и засопел.