Сыскари

Что он просил – делали по мере возможности, а вопросов не задавали, честно скажу. Тут ведь как? Сегодня я ему вопрос, а завтра он мне цену на технику в три раза взвинтит, а мне это нужно? Так что, извиняйте, господин полковник, тут мы с братом не по-вашему рассуждали…

– Ну как вы рассуждали, еще проверить надо, – сказал Гуров. – Для бизнесменов эти рассуждения как-то уж очень просто выглядят. Мне вот что любопытно – как это господин Такер из своей заграницы догадался, что вы такие хорошие и покладистые? И как он с вами познакомился, интересно?

Толоконников машинально сунул руку в карман и поднял на Гурова глаза.

– Можно закурить? – спросил он.

– Вы же у себя дома, – напомнил Гуров. – Кто вам может запретить?

Толоконников прихватил губами сигарету и ожесточенно щелкнул несколько раз зажигалкой. Потом затянулся и, еще раз нервно оглянувшись на брата, сказал:

– Вообще как познакомились, я не помню. Да и какая, блин, разница? Разве деловые контакты теперь являются преступлением? Познакомились как-то – через общих знакомых.

– Знаете, Дмитрий Самойлович, – проникновенно сказал Гуров. – Ваши деловые контакты нас не очень сильно интересуют. Нас преступления интересуют. Профессиональный стереотип, наверное. Мы и к вам пришли, потому что вы оказались замешаны в серьезном преступлении.

– Да чего? – кривя губы, перебил его Толоконников. – Чего мы сделали-то? Подумаешь, машину иностранцу дали! Чего тут такого-то? Какие там у него дела, мы знать не знаем и знать не хотим! Он гость, понятно?

– Был, – сказал Гуров. – Был гость.

Толоконников настороженно посмотрел на него, а молчавший до сих пор Крячко пояснил:

– Как поэт сказал – где стол был яств, там гроб стоит… А ведь замочили вашего гостя, гражданин Толоконников! Прямо сегодня и замочили – аккурат после данного вами обеда. Так что вам впору теперь поминки устраивать, если, конечно, суд сочтет возможным не применять к вам меру пресечения…

– Как замочили? – тупо спросил Толоконников, едва не выронив изо рта сигарету."

"Остальные его товарищи тоже встрепенулись и уставились на оперативников с жадным интересом, но также и с некоторым недоверием в глазах – судя по всему, новость казалась им почти невероятной. Такая реакция не могла быть наигранной – тем более у всех сразу. Выходит, Толоконниковы, хотя и предпочитали не задавать своему иностранному гостю лишних вопросов, до конца не представляли, насколько серьезными делами тот был занят в Москве.

Гуров, однако, счел необходимым внести в сообщение Крячко коррективы.

– Да, господин Такер сегодня вечером был убит, – жестко сказал он. – Убийство жестокое, преднамеренное и, по сути дела, групповое – совершенное хорошо организованной и вооруженной бандой.