Сыскари

Если вы были в нашей избушке, то обратили внимание, как там темно. Для убийства самое подходящее место. Может быть, не стоило этого делать, но считайте, что у меня тоже закипела кровь. Я тоже не люблю, когда меня хотят кинуть. Обратите внимание, Куглера я не тронул, хотя терпеть его не могу. Но я рассудил по справедливости.

– Да, судить в своей банде вы все были большие мастера! – неприязненно сказал Гуров. – Как вы поступили с убитыми, мы видели. А какие же планы у вас были в отношении бриллианта?

– Да какие у нас могли быть планы? – поморщился Сизов. – Впору удавиться. Я понимал, что наследили мы много и рано или поздно нас возьмут. Я предложил Куглеру отложить мечты на будущее. То есть, как вы говорили, – выйдем на свободу с чистой совестью и займемся спокойно нашим богатством. Дом вы, конечно, нашли бы, но тайник вряд ли. Если бы Куглер вам не сказал… Это, конечно, было самое слабое звено. Куглер не тот человек, с которым можно делать дела. Но убить его я не мог, как хотите. У меня другие понятия о справедливости. Можете мне не верить, можете думать, что я рисуюсь, но товарищей я никогда не предавал. Хотя, наверное, это и было моей главной ошибкой.

– Знаешь, что было твоей главной ошибкой, Сизов? – сказал Гуров. – Вот когда ты первый раз преступил закон, а тебя это не ужаснуло, и ты не раскаялся. Когда ты по шажочку двинулся в негодяи. Дальше уже ничего, кроме ошибок, у тебя и не было.

– Ты романтик, полковник! – вздохнул Сизов. – Получи я свою четверть миллиона, и ничего бы уже не имело значения – и смотрел бы я на чаек с палубы белоснежного лайнера…

– Теперь вот на белоснежную тайгу будешь смотреть, – проворчал Мордовцев и поднял на Сизова глаза. – Показания-то подпишешь или опять комедию ломать будем? Учти, у нас хватит для суда доказательств. Куглер…

– Да что Куглер! – презрительно сказал Сизов. – При чем тут Куглер? Я вот сейчас даже не соображу, что бы я стал на свободе делать. Отняли вы у меня смысл жизни, начальники! Все внутри будто сгорело… Давай свои бумаги – все подпишу!

Гуров поднялся и, не прощаясь, вышел.

Когда он вернулся в главк, то с неудовольствием обнаружил у себя в кабинете целую экскурсию. Здесь были и генерал Орлов, и какие-то важные чины из министерства, и даже неуловимый господин Стоковски в компании с агентом Хью Батлером, который улыбнулся Гурову как старинному приятелю.

Гуров поздоровался. Орлов сверкнул на него глазами и буркнул:

– Вечно опаздываешь! Я уже без тебя велел начинать. Вот Крячко теперь твой хозяйничает. Шут гороховый…

Однако Крячко, стоявший возле сейфа, был преисполнен необычной для себя важности и совсем не походил на шута. Правда, он ухитрился незаметно подмигнуть Гурову, но тут же отвернулся и отпер сейф.