Записки провинциальных сыщиков

Официально ростовское сыскное отделение было создано в 1906 году и руководили им Яков Николаевич Блажков (1906–1911) и Афанасий Павлович Полупанов (1911–1916). Неофициальное же сыскное отделение существовало и ранее за счет выделения из общего штата полиции одного чиновника и нескольких городовых (или околоточных надзирателей), которые занимались исключительно сыскной деятельностью. И такое неофициальное сыскное отделение в Ростове действительно возглавлял некий Иван Склауни, занимавший с 1897 по 1901 год должность помощника пристава, прикомандированного к полицмейстеру города[155].

И вроде бы все сошлось с автором записок в «Иллюстрированной газете»: имя начинается с буквы «И», совпадает редкая фамилия, но вот отчество у помощника пристава другое – Дмитриевич."

"Дополнительные сомнения добавила книга историка Сергея Кисина «Ростов-папа. История преступности Юга России», в которой также упоминается фамилия Склауни: «В декабре 1903 года были отданы под суд известный пристав Дмитрий Склауни и его помощник Старыгин за пытки и выбивание фальшивых признательных показаний из задержанных Ивана Лаврухина и Ивана Полтораусова. Склауни удалось отделаться нелегким испугом: его сместили с должности пристава, сделав брандмейстером Нахичевани (полиция тогда отвечала и за пожарную безопасность города). Однако потрясение было настолько тяжелым, что экспристав вскоре умер от разрыва сердца»[156].

Интуиция подсказывала нам, что везде речь идет об одном и том же человеке. Оставалось эту догадку чем-то подкрепить, найти газетные репортажи о каком-либо из дел, описанном в записках Склауни.

И такой репортаж нашелся в апрельских газетах 1903 года. В те дни в Ростовском окружном суде судили лиц, участвовавших в страховом мошенничестве. Это афера описана автором «Записки русского детектива» в первом из его рассказов, а в газетах сказано, что «бывший помощник пристава И. Д. Склауни», раскрывший это дело, выступал в суде свидетелем. Также в суде выступал урядник Евдоким Петрович Старыгин – по словам Склауни, его помощник по сыскной части.[157]

Таким образом, наша догадка полностью подтвердилась.

Кроме точной идентификации автора – Ивана Дмитриевича Склауни – эти газетные репортажи позволили нам сопоставить реальные события и их описание в «Записках». Увы, как и в мемуарах И. Д. Путилина и А.Ф. Кошко, многое в воспоминаниях Склауни приукрашено и даже кое-что придумано явно в коммерческих целях, а заслуги самого автора сильно преувеличены. Однако в целом факты из «Записок» и репортажей совпадают[158].

Теперь изложим достоверные сведения, которые нам известны об Иване Дмитриевиче Склауни.

Он происходил из дворян[159] греческого происхождения[160].