Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Народное собрание тоже не решило ничего. Решило только об одном – еще раз посоветоваться с божеством.

Аристодем больше не верил Дельфам. Божество потребовало деву крови Эпита. Дочь Аристодема мертва. А разве спасена Мессения?

Но этих мыслей и чувств своих Аристодем не открывал никому. Снова еще раз отправил послов в Дельфы спросить: надо ли им воевать и будет ли победа? И как добыть победу?

Пифия ответила:

«Первым, поставившим вокруг жертвенника Зевса Итомского дважды пять десятериц треножников, свыше дается земля мессенская со славой войны. Таково мановение Зевса. Обман поставил тебя высоко, но за ним воздаяние: не обмануть тебе бога. Совершай, что суждено: беда у одних раньше других».

Мессенцы обрадовались:

– Прорицание дает нам славу войны! Невозможно, чтобы спартанцы раньше нас поставили треножники: ведь святилище Зевса Итомского в нашем городе!

И они принялись готовить треножники. Делали их из дерева, потому что на медные не было денег.

Так, успокоенные, мессенцы готовились к празднеству посвящения Зевсу треножников.

Спартанцы тем временем всеми силами добивались узнать: что ответила мессенцам пифия? Но мессенцы хранили это в крепкой тайне.

Тогда спартанцы обратились к дельфийским жрецам. И нашелся один дельфиец, который, как видно, за хорошие деньги выдал Спарте мессенскую тайну.

Однако, и раскрыв эту тайну, цари и вельможи Спарты не знали, что же можно сделать? Зевс Итомский – в Итоме, за крепкими городскими стенами. Как могут спартанцы поставить треножники в его святилище, да к тому же раньше мессенцев?

Дело казалось безнадежным.

Но тут пришел к царям некий человек, гораздый на выдумки. Его звали Эвол.

– Я знаю, что сделать! – сказал он.

Он замесил глину и принялся из нее делать треножники. Делал и ставил их на солнце. Пока он сделал сотый треножник, остальные уже высохли.

Когда все сто треножников были готовы, Эвол положил их в мешок. Вскинул мешок на спину, взял охотничьи тенета и будто бы пошел охотиться.

Эвола никто не знал. Даже в Спарте он был мало кому известен. Он незаметно прошел в Мессению. А потом, с мешком за плечами и с тенетами в руках, он вышел из леса и пошел в сторону Итомы. Все, кто видел его, думали, что человек удачно поохотился и теперь несет добычу в мешке.

Эвол не спеша шел через поля и рощи. А вечером, когда мессенцы, закончив работу на полях и виноградниках, направились домой, на Итому, Эвол незаметно присоединился к ним и вместе с ними вошел в город."

"Наступила ночь. Мессенцы спокойно погасили огни. Всем уже было известно, что завтра жрецы поставят Зевсу треножники. Воля бога будет исполнена и Мессения защищена. Треножники эти, гладко оструганные и украшенные, были уже готовы.

Утро наступило ясное, праздничное. Прозрачное небо лучилось над Итомой.