Сын Тишайшего-2

Очень помогают твои лекари, государь. За это тебе низкий поклон от людишек.

Последние слова Рахманинова прозвучали, будто насмешка и раскалённым гвоздём впились мне в сердце. Только воевода вполне серьёзен. Никогда ещё цари лично не помогали жертвам набега. У них обычно иные заботы. Ведь подданных бабы ещё нарожают. С трудом собираю волю в кулак. Мне нужен ясный рассудок и нечего впадать в прострацию.

— Каждый пострадавший получит помощь из казны. Денег должно хватить, — смотрю на закивавшего головой Щукина, — После обратись к моим секретарям, они всё запишут и выделят нужную сумму по возвращении людей. Пока отправляй пострадавших на север. Лошадей и телег сейчас в достатке. Обратитесь к главе трофейной команды, он всё выделит. Пусть спокойно едут. Припасами вас всех снабдит капитан Иванов, он из ведомства Семёна Язкова и прибыл с нашим отрядом. Но думаю, вы уже знакомы.

Народ степенно закивал, ведь я систематизировал сбор и делёж трофеев, а также обеспечил нормальное снабжение войск. Иначе бы горячие парни разграбили и пожгли запасы орды, а потом народу пришлось бы голодать. Особенно бывшим пленным.

— Всё это вопросы рабочие, которые помогут решить служилые люди, прибывшие накануне. Я собрал вас ещё по другой причине, — решаю озвучить недавно принятое решение, — Прощать столь подлый удар нельзя. Тем более что султан и крымский хан осудят набег, ведь он идёт вразрез с мирным договором. На словах, конечно. Так-то магометане всегда рады полону и урону, нанесённому православному люду.

Народ одобрительно закивал, в коварстве мусульман никто не сомневался. Гераи обычно оправдывали набеги произволом на местах, мол, им сложно контролировать мелкие орды и роды. Враньё! Нападения, захваты людей и мелкие стычки на границы никогда не прекращались, унося каждый год тысячи русских жизней. Поэтому пора ответить соседям их же монетой. Думаю, пока повременить со взятием Азова. Сначала надо очистить от кочевников степи с обоих берегов Дона. Это более реально и дешевле. А город мы возьмём, только в своё время и подготовившись. Пока он моим планам не мешает. Есть ещё одна мысль, но об этом я буду думать позже. Сейчас речь идёт о необходимости тотального геноцида кочевников, который уже начался. О чём надо сообщить воинам.

— Я хочу, чтобы Едичкульская орда западных ногаев была полностью истреблена. Начиная от младенцев, заканчивая стариками. Если найдутся охотники, то плачу десять серебряных копеек за голову поганого, без разницы воин это или мирный житель, — после моих слов под навесом повисла тишина.

Через некоторое время зашептались старшины донцов и офицеры городских казаков. Видать, прикинули сумму и посчитали её не особо выгодной.