Сын своего отца

Оказывается, она тоже развратная штучка.

И главное не испытывает от этого никакого дискомфорта.

Чудеса…

– Ставрис, где вы летаете? Может, удостоите нас своим присутствием?

Ната пихнула её локтем в бок.

– Хорош, мечтать. Спалилась уже!

Всю учебную неделю Слава думала об Иване.

Не могла не думать.

Девочки с потока пытали её и не единожды. Они быстро вычислили, кто именно к ним пожаловал в лагерь.

– Ставрис, вот ты тихоня! Не зря говорят, что в тихом омуте черти водятся! Ты хотя бы представляешь, кто такой Коваль!

О, она отлично представляла.

– Мой дедушка дружил с его прадедушкой, – сказала она Наталье.

Та поперхнулась минералкой.

– Серьезно? И ты молчала?

Слава пожала плечами.

– А о чем тут говорить?

– Ну ты даешь! Дружишь, значит, с миллиардером и помалкиваешь.

– Я с ним не дружу…

– «Я с ним сплю», да?

– Эй, ну чего ты сразу насупилась? Мы же прикалываемся! Всё от зависти. Кстати, мы в пятницу решили завалиться в клуб и отметить то, что все остались живы. Парней отпустили. Игорян приковыляет даже со сломанной ногой.

Слава покачала головой.

– У меня другие планы на выходные.

– Поня-я-ятно.

Слава честно призналась себе: она ждала пятницы.

Ей хотелось увидеть Ивана."

"Подобное признание девушке не далось легко. Сначала она не понимала, что с ней происходит. Неужели… скучает? Да ну нафиг! Не может такого быть.

Иван… Она не знает его. Между ними гигантская социальная разница. Плюс он военный. О его причастности к вооруженным силам Слава постоянно себе напоминала.

И… бесполезно. Внутри поднималась яростная волна протеста, сводящая к тому, что человеческая эволюция не стоит на месте. Меняется сам человек и его взгляды на жизнь.

Подтверждение тому события на Кукта-Беле.

И всё же Иван военный.

Но её к нему тянет.

Между ними пропасть.

И… что? Зарождающиеся чувства?

За эту неделю Слава пристрастилась к контрастному душу. Когда становилось тяжко и одновременно горячо от собственных размышлений, она спасалась им.

Или после разговоров с Иваном. Они созванивались каждый день. Вернее, звонил он. Иногда посреди ночи, принося извинения.

– Поболтай со мной, Веснушка. Задротный день был.

Они говорили ни о чем. В основном, как прошел день у неё. Или Иван просил рассказать истории из её прошлого.

– А разве твои спецы на меня всю-всю инфу не собрали? – ершилась она.

– Не-а. Не всю, – без тени смущения признавался Ваня.

Слава ждала его звонков.

Как… Как так получилось? Она не знала.

В четверг он позвонил ей в девять, и после разговора с мужчиной Слава не выдержала. Понеслась в душ, настроила прохладную воду и встала под тугие струи. Месячные у неё закончились вчера. Сначала Слава просто стояла. Потом, не замечая собственных действий, подставила грудь под струи. Остро. Приятно. Возбуждающе.