Сын олигарха

Судя по всему, в воспитании детей мой отец  так и не преуспел. Всё на том же уровне развития.

Поднимаюсь наверх. Здесь тоже холодина. Бросив на кровать пиджак, вырубаю кондей и иду в ванную. Снимаю галстук и умываюсь холодной водой.

Что-то меня вырубает.

Открываю шкафчик, чтобы забросить в рот БАД, которыми Женька потчует нас всех, как помешанная.

Брови ползут вверх, потому что прямо на уровне моих глаз лежит белая пластиковая хреновина. Не тормозя ни секунды, беру ее в руку.

Не понял...

И чё тут у нас?

Две отчётливые синие полоски.

Пялюсь на них, туповато улыбаясь.

Я чё-то пропустил?

Я такие уже видел.

Два раза.

Первый - двенадцать лет назад, второй - пять.

Первый раз именуют Алексом, второй - Сеней Максимовичем. Алекс - осознанный шаг, Сеня - привет с Бали. Так отдыхали тогда, что не помним половину. Первый раз без ребенка улетели.

Возвращаю всё на место, делая, как было.

Хрена се. Я думал - сегодня я король сюрпризов.

Лениво улыбаюсь, забив на переодевание. Спускаюсь вниз немного подвисший. Пытаюсь хотя бы примерно прикинуть, когда это могло случиться. Вариантов уйма, лучше даже не пытаться.

Сажусь рядом с Федей, который ковыряется вилкой в куче салатных листьев. Пока меня не было, тут опять диет-меню расцвело. Сейчас в доме только женщины и дети. Тесть третью неделю на плановой реабилитации недалеко от нас.

Открываю бутылку минералки с шипящим звуком. Наливаю себе и Феде. Делаю глоток и медленно поворачиваю голову в сторону входных дверей.

Прислушиваюсь к голосам где-то на подъездной дорожке. Судя по крикам пацанов, машину заметили.

Смотрю на дверь. Федя дублирует. Он племянников своих вживую никогда не видел. Как и мою жену. Наш максимум с семьей отца - обмен фотографиями по очень большим праздникам. Не помню, когда мы это делали в последний раз.

Они вваливаются в дом всей гурьбой, и всё становится таким, каким должно быть. Бардачным.

- Пап? - вытягивает шею Алекс, сваливая на пол надувные матрасы.

- ПАПА! - подает голос мой балийский отрыв.

- Ой, как хорошо! - вздыхает тёща, утирая пот со лба. - У нас тут хоть жить можно, на улице я немного сварилась.

Встаю, встречая  бегущего Сеню на полпути. Боюсь, чтобы нос не расквасил. Пол плиточный, а на нем носки в полосочку без обуви. Опасно-знакомая ситуация. Беру на руки, подкидывая вверх и ероша  выгоревшие русые волосы подошедшего старшего.

Он уворачивается, пихая меня кулаком в грудь.

- Привет, - говорит счастливо, ныряя под мою ладонь. - Я логорифм закончил!

- Покажешь.

Мой пацан гнёт остров по матиматике. Сразу заметили задатки, дальше Женька взялась репетиторами. А у Сени пока в голове машинки и никаких очевидых наклонностей. Не страшно.

Алекс смотрит на Федю с затаённым любопытством. А я смотрю на дверь, потому что в дом заходит Женька. В сарафане и босая.