Недостойный сын

Я же подошёл к барышне, двумя пальцами приподнял её подбородок и наконец-то нормально рассмотрел. Около двадцати пяти лет. Острый носик. Несмотря на брюнетистость, лицо в конопушках как бывает у рыжих. Крашеная? Непохоже. Глазки умные и злые. Не то чтобы красавица, но своя прелесть есть. Вот ты какой подарок Мельвириуса…

— Деньги не любишь, раз отказалась? — после паузы спрашиваю её.

— Люблю, но не такие, Ваша Милосердие. Затем в столицу и попёрлась, чтоб подзаработать.

— Что делать умеешь?

— Всё, что прикажут: стирать, готовить, убирать. Шью немного…

— А если ещё чего прикажут?

— Не девочка, понимаю. Против господской воли не пойду, но и зарабатывать себе тем местом не намерена.

— Принята!

— Куда?

— К ридгану Ладомолиусу, дура! — встрял в разговор молчавший Патлок. — Сейчас как раз служанку ищем, а ты девка боевая, хоть и мелковата. Звать-то как?

— Альда, ри Ликкарт, — проигнорировала она Болтуна. — Когда приступать?

— Уже приступила. Едем.

По приезде позвал её в свой кабинет.

— Давай знакомится заново, Альда. Откуда родом? Имя настоящее или как?

— Матушка давала, — кивнула она. — Родилась в глухом месте на Западном побережье, потом после мора, в одном городке нищенствовала недолго, где меня люди ридгана Мельвириуса заприметили и обучать стали. Теперь на службе Свободного Вертунга.

— А этот серта, что тебя оговорил?

— Наш человек. Отыграли хорошо?

— Не предупредили бы о встрече — поверил, точно. Что входит в твои обязанности?

— Всё, что на площади перечислила. Ежели для дела, то можете и в постель затащить, но… лишь для дела. От ненужной скромности жизнь давно отучила, только и удовольствия никакого быть подстилкой не испытываю.

— Я не про это спросил! Что начальство приказало?

— Делать, что прикажете, охранять и связь держать через рынок. Там одна зеленщица есть и нужно с ней знакомство свести.

— Это потом к Патлоку — он покажет. Ты меня как женщина не интересуешь, но… Постони минут пять громко!

— Зачем? — удивилась Альда.

— Пусть все думают, что я тебя прямо сейчас на работу по второму разу «принимаю». Потом волосы взлохмать, намочи, будто вспотела и платье в лёгкий беспорядок приведи.

— А вы приличный человек, ридган Ладомолиус… Тогда запоминайте! — впервые улыбнулась она, неожиданно оголив грудь. — Шрам, будто птица летит, на левой видите? Это ножиком пытались пырнуть. Ещё длинный на бедре имеется, но его показывать не хочу сейчас. Если надо где-то будет похвастаться служанкой, то можете смело упоминать.

— Да я смотрю, ты девушка с «историей»!

— С историями, ри Ликкарт. Это — неудачные, а со счастливым концом следов не оставляют. И… Пора вроде начинать.