Сын моего сына

Он стоит у стены, окружённый двумя женщинами — обе красивые, ухоженные, с безупречными причёсками и макияжем. Одна из них блондинка одета в дорогое платье из шёлка, которое подчёркивает её утончённую фигуру, а другая — в блестящем наряде, привлекающем внимание. Обе выглядят так, словно они созданы для таких мероприятий. Они смеются, как будто услышали самую смешную шутку в своей жизни. Ну, чисто Петросяна увидели.

Я замечаю, как одна из них, блондинка, слегка наклоняется к Тимуру, касаясь его руки и что-то говорит, а он в ответ улыбается, хоть и сдержанно. Моя грудь сжимается от непрошеной волны ревности, которая медленно поднимается к горлу. Мне сложно объяснить, почему я так реагирую, ведь у нас с ним все фиктивно. Не по-настоящему.

Они кажутся такими уверенными, как будто им всё позволено. Я вижу, как их взгляды обращены к нему, с оттенком заинтересованности и скрытой игры, которая мне совсем не по душе. Меня охватывает ощущение, что я здесь лишняя, что эти женщины из его мира, а я — лишь наблюдатель, случайно попавший на чужую территорию.

Я останавливаюсь, собираясь с мыслями. Ладно, Геля, думай, что это просто работа, светское общение. Но что-то внутри продолжает колотиться, словно подсказывая мне, что этого недостаточно, что я… ревную. Хотя я не должна, правда? Но этот холодок, пронзающий моё сердце, и горечь во рту говорят совсем о другом.

Тимур поворачивает голову и замечает меня. Его взгляд на мгновение смягчается, и он отстраняется от женщин. Они продолжают говорить, но его внимание уже полностью сосредоточено на мне. Я пытаюсь собраться с силами, сделать вид, что всё нормально, что мне не важно, но… видимо, это сложнее, чем кажется.

Когда я подхожу к нему, одна из женщин, та, что в блестящем платье, бросает на меня быстрый взгляд — нечто вроде оценки, прежде чем снова обращает внимание на Тимура.

— О, вот и она, — с улыбкой говорит Тимур, беря меня за руку, и в этот момент я чувствую, как внутри что-то успокаивается. Но не полностью.

Женщина в блестящем платье быстро скользит по мне взглядом, словно оценивая и вынося свой вердикт в одно мгновение. Её лицо остаётся холодным, почти безразличным, как будто моё появление не стоит её внимания. А вот блондинка чуть склоняет голову в мою сторону, улыбка у неё мягкая, но в глазах скрыта лёгкая насмешка.

Тимур легонько сжимает мою руку, давая понять, что всё хорошо. Он улыбается, но я вижу, как его внимание разделено: с одной стороны, он пытается поддержать меня, с другой — не хочет выглядеть слишком отстранённым по отношению к этим женщинам. Всё это часть светской игры, к которой я не привыкла.

— Дамы, это Ангелина, — представляет он меня уверенно, и я вынуждена улыбнуться, словно вся эта ситуация меня никак не цепляет.