Сын лекаря

Все мы довольно быстро пожалели о своей покладистости – не сомневаюсь, что даже сам Андрей, не будь он так упрям, и если бы не боялся прослыть слабаком, отказался бы от этой затеи уже через час после того, как мы покинули уютное, прокуренное чрево электрички. Назвать эти места глухими значило преуменьшить реальное положение дел. Полузаросшую летом грунтовую дорогу, которая тянулась мимо пресловутого Чертова логова, сейчас, зимой, можно было найти только на карте и на тех фотографиях из отчета предыдущей экспедиции, которые нам показывал в электричке Андрей. Не знаю, как сам энтузиаст, а я через какое-то время после того, как мы покинули засыпанную снегом станцию, уже не мог сказать, где мы находимся даже приблизительно. Более того, я даже не смог бы вернуться назад – лыжню исправно засыпала поземка, так что можно сказать, что нас начало «водить» еще до того, как мы прибыли в собственно саму аномальную зону. Темнеет зимой рано – смешно сказать, но для путешествия мы выбрали самый короткий день в году, двадцать второе декабря, так что уже к четырем часам дня никто из нас понятия не имел, где мы находимся. Уже не только я, но и мои товарищи стали робко указывать нашему предводителю на этот факт, однако он, немного нервно посмеиваясь, отвечал, что все идет по плану, и что мы вот-вот прибудем на место. При этом на вопросы, как он собирается определить, что мы прибыли именно туда, куда он так стремится, Андрей не отвечал. Кажется, ответа на этот вопрос он просто не знал. Наверное, не задумывался об этом, когда планировал свою экспедицию. В конце концов, мы все-таки остановилось, выбрав место, защищенное от ветра небольшой рощицей. Андрей был счастлив, как никогда – кажется, вопреки нашим ожиданиям, мы все-таки достигли места назначения – березы в рощице были кривые, стволы выглядели так, будто сила тяготения в процессе их роста неоднократно меняла свое направление. По его мнению, этот факт свидетельствовал как раз о том, что мы находимся именно там, куда и стремились. Установив палатки и разведя костер, мы приступили к тому, что являлось целью большей и скептически настроенной части команды – достали водку и принялись ее поглощать, заедая разогретыми на костре консервами.

Несмотря на то что большого опыта в потреблении спиртных напитков у меня не было, сильного опьянения я не чувствовал – не могу сказать точно, но думаю, что столбик термометра в эту ночь опустился ниже двадцати градусов – какое уж опьянение на таком морозе! Постепенно оживленная беседа стала затихать, друзья разбредались по палаткам, а мне почему-то не спалось – неожиданно проснулись муки совести. Смешно, но из головы не шли мысли о невыученных билетах.