Сын лекаря

 – Я не стал указывать на то, что причиной вероятного нападения на нас мифических орков может стать принадлежность Иштрилл к первородным. Как ни крути – враги.

В любом случае наши размышления несли мало полезного. Пойти обратно мы не могли. Замедлить свое продвижение и усилить осторожность по причине отсутствия продовольствия – тоже. Оставалось внимательнее смотреть по сторонам, чем мы и без того не пренебрегали. Мы покинули город через час после полудня и останавливаться на привал не стали. Горы были совсем близко, нам впервые за долгое время встретился куст какой-то высохшей травы, и это позволяло надеяться, что влияние яда из недр здесь ослабело достаточно, чтобы можно было встретить какую-нибудь живность. Я представил себе суслика, жарящегося на костре, и сглотнул набежавшую слюну. Коз я старался даже не представлять, опасаясь от такой фантазии упасть, сотрясаясь в голодных конвульсиях.

Мы выбрались из гигантской чаши, образованной землетрясением, но продолжали подниматься вверх. Горы давно перестали быть дымкой на горизонте, сейчас они были близко, очень близко. И как же приятно было смотреть на их зеленеющие, несмотря на зимнее время, склоны! Все чаще встречались участки травы – похоже, здесь было более влажно, чем в той пустыне, по которой мы шли раньше. Да и ветер был гораздо слабее, иногда совсем переставал дуть, и тогда было странно и непривычно не слышать постоянного завывания, к которому мы так привыкли за дни путешествия. Правда, нор вожделенных сусликов пока не встречалось. Мы шли до самой темноты, так и не заметив следов какой-нибудь живности. Я до последнего тянул с объявлением привала, надеясь поужинать сегодня чем-нибудь, кроме лепешек. Которых к тому же почти не осталось, только те крохи, что мне удалось сэкономить. Живность заметила Иштрилл уже после того, как я разрыл специальной, походной лопаткой, найденной в орочьем городе, яму, достаточно глубокую, чтобы скрыть небольшой костерок от постороннего взгляда. И какую живность! Оли Лэтеар коснулась моего плеча, когда я пытался укрыть собой охапку травы, чтобы разжечь огонь. И подняв взгляд, я увидел его. Многократно воспетого в моем воображении, вожделенного горного козла. Он был бел и прекрасен в своей мясной сущности. Мой живот еще только начал бурчать от увиденного зрелища, а рука потянулась к поясу, чтобы снять с него арбалет, когда Иштрилл плавным и легким движением достала из-за спины лук, быстро и почти не шевелясь натянула его и выстрелила прямо из сидячего положения. Почти не целясь! На расстояние более четырехсот шагов. Козел, кажется, в последний момент что-то почувствовал и дернулся, чтобы убежать. Стрела оказалась быстрее.