Сын лекаря

Заинтересовавшись, я решил проследить, куда же ведет это подобие тропы. Вскоре я вышел на соседнюю улицу, но тропу не потерял. Она вновь приближалась к разлому. У самого края лежал несвежий труп. В первый момент я испугался – вот он, орк. Сейчас суставы со скрипом провернутся, и он будет неотвратимо преследовать меня, пока я не умру. Но уже через секунду я заметил, что покойник одет в обычную эльфийскую одежду, а рядом с ним валяется котомка – точно такая же, как и у меня. Только пустая. Похоже, это был очередной неудачливый охотник за сокровищами. Страх почти ушел, и я подобрался поближе, все еще иррационально опасаясь, что мертвец сейчас поднимется. Однако он вел себя, как и положено покойнику, а именно лежал спокойно и не шевелился. Вероятно, это был один из той группы, которая вернулась с богатой добычей уже в этом году. Только ему не повезло, и он остался здесь. Первородный лежал лицом вниз. Я перевернул его. Эльф и после смерти продолжал сжимать уруми. По спине у меня пробежали мурашки. Этот бедолага еще не успел истлеть, только высох, и все еще можно было разглядеть его лицо. Лицо было искажено таким ужасом, что мне снова пришли на ум дюжины предположений об опасностях города, одно страшнее другого. Однако вокруг по-прежнему было тихо. Я поднял рюкзак, который лежал рядом с покойником. Он был пуст – все содержимое, по-видимому, забрали товарищи погибшего. Получается, им удалось расправиться с этой неизвестной опасностью, и у них было время переложить содержимое в свои рюкзаки. Сам рюкзак оставили потому, что на нем был длинный разрез – такие получаются от удара эльфийским мечом. Внутри рюкзака были следы какой-то желтоватой субстанции. Я посмотрел по сторонам, и, конечно, ничего не увидел – если что-то желтое и сыпучее и было рассыпано здесь, ветер давно унес все следы. И все-таки странная получается картина. Выглядит так, будто эльфа прикончили его же товарищи. Но откуда у него на лице такой ужас? Если это было предательство, то логичнее ожидать злости, ярости, удивления, в конце концов! Я подошел к краю разлома и заметил, что в этом месте есть достаточно удобный спуск. Чуть ниже края трещины пролегал этакий уступ, который уходил куда-то в глубину. По этому карнизу вполне можно было пройти. Хотя не хотелось страшно. С другой стороны, очень хотелось выяснить, что же такое желтое-сыпучее собирали первородные в этом разломе. Я сполз на уступ и, прижавшись спиной к стене разлома, начал спуск. Чем ниже я спускался, тем омерзительнее был запах. И света становилось все меньше и меньше, я даже пожалел, что у меня нет какого-нибудь фонаря или хотя бы факела. Остановился на секунду, поразмышлял над идеей подняться обратно и соорудить таковой из подручных материалов, но тряхнул головой и решительно продолжил путь.