Сын губернатора

Минут пять мы молчим. Герман пытается взять себя в руки, а я, затихнув, вожу губами вдоль бешено бьющейся венке на шее. Постепенно его пульс приходит в норму, плечи расслабляются.

- Чем ты сегодня занималась? – интересуется он уже спокойнее.

- Я была в фитнес-центре. Ходила на йогу, потом мы с Полиной пошли в хамам, а затем искупались в бассейне.

- Что за Полина? – спрашивает требовательно. Чем вызывает у меня улыбку.

Я кайфую, когда он заботится обо мне. Когда следит, как я питаюсь, одеваюсь и даже, когда дает деньги. Все это я принимаю с огромной благодарностью.

- Я тебе о ней рассказывала, помнишь?

- Помню.

- Представляешь, она встречается с женатым мужчиной.

Герман какое-то время молчит, а затем принимается легкими движениями пальцев массировать мой затылок.

- И?

- В смысле, и?.. – хмыкаю ошарашенно, - у него семья и ребенок!

- Многие женатые мужики имеют отношения на стороне.

- Но это не правильно!

- Это нормально.

- Нормально?! – восклицаю я, - нормально разрушать чужую семью и делать несчастной другую женщину?

- Если всех все устраивает, то почему бы и нет?

Шокированно качаю головой и немного от него отстраняюсь.

- Я ее не осуждаю, но никогда не смогу этого понять. Это ужасно.

- Ко всему можно привыкнуть, если есть чувства, - проговаривает Герман уверенно перед тем, как накрыть мои губы поцелуем.

Сжимая мои плечи сильными руками, целует жадно, с немым отчаянием. Запихав язык в мой рот, даже шанса на ответные действия мне не дает. Вылизывает всю полость рта. Таранит до нехватки воздуха и боли в губах.

- Никто и никогда нас не разлучит, слышишь?

- Слышу… - тяну протяжно, когда, спустив лямки топа вниз, Герман собственнически сжимает мою грудь.

- Я тебя себе навсегда забрал.

Закинув голову назад, упираюсь макушкой в стекло.

Так хорошо. Боже, хорошо и телу и душе… сердце трепещет от счастья, каждая клеточка поет о любви.

Герман усиливает атаку. Тщательно выцеловывает мою шею, не переставая ласкать грудь.

- Гееер… я хочу тебя…

Стоило мне только произнести эти слова, у Греховцева словно крышу срывает. Рыкнув, сгребает меня с подоконника и бросает на кровать. Отпружинивший матрас подкидывает меня вверх, отчего я начинаю смеяться.

- Сейчас тебе не до смеха будет, Коротышка. Береги трусы.

- Ой – ой! – пока Герман медленно на меня надвигается, я сама избавляюсь от одежды и, раскинув руки в стороны, наблюдаю, как стянув толстовку, он ложится рядом со мной на спину.

- Иди сюда, - шепчет, показывая рукой на свое лицо.

Я немного теряюсь. Не до конца понимаю, что именно он от меня требует.

- Хочешь, чтобы я тебя поцеловала?

Вместо ответа, Греховцев тянет меня на себя и вынуждает его оседлать. Но не на уровне паха, а на уровне его лица.

- Что?.. Нет! – выкрикиваю я, когда понимаю, что он хочет.