Сын для миллиардера

Я набираюсь сил, восстанавливаюсь после обморока и непростых родов, слушаю советы по уходу за новорожденным и рекомендации врачей. Слава богу дочь родилась без серьёзных проблем со здоровьем.

В палату регулярно заглядывает Марина Сергеевна, проверяя наше самочувствие. Я постоянно спрашиваю у неё, как там Артур. Она отвечает одно и то же — хорошо, идёт на поправку.

Жаль, к нему пока нельзя. К счастью, Артур лежит в соседнем корпусе, в хирургии.

Так проходит несколько дней, которые кажутся мне вечностью. Во время утреннего обхода Марина Сергеевна сообщила мне радостную новость! Артура перевели в обычную палату и я могу его навестить. Нянечка присмотрит за дочкой.

— Спасибо вам большое!

— Но только пять минут. Не больше.

— Хорошо.

Я почти расплакалась. Сейчас я увижу любимого!

Четыре дня прошло…

По ощущениям — год.

Я мучилась без его внимания.

Тосковала по его глазам, теплу его тела, горячим губам.

Даже голос не могла услышать!

Хоть одно сообщение от него со с коротким словом: “привет” или “люблю” хотела получить."

"И вот, долгожданный момент настал.

За мной пришли и провели в хирургическое отделение.

* * *Я волновалась.

Жутко.

Дыхание сбилось, давление, наверно тоже, подскочило, когда мы приближались к палате, в которой отдыхал и восстанавливался любимый муж.

Я должна рассказать Артуру про то, что требовала от меня Илона! Но я почему-то больше всего думаю о других проблемах. О том, что я родила дочь, а не сына.

Это прям меня сильней всего тревожит. Что я подведу любимого мужчину, который на меня надеялся. Возможно даже расстрою.

Зря я не послушала Диану. Её нелепые приметы оказались вовсе не такими уж и нелепыми.

Если бы прислушалась — сделала внеплановое УЗИ и заранее подготовила Артура к новости. А сейчас… Он пережил такой стресс! Был на волоске от смерти, так я ещё добавлю мужу шока.

Я сразу догадалась в какой палате лежит Артур. В той, у которой столпился целый взвод охранников. Даже несмотря на то, что им было известно, кто я такая, они всё равно меня осмотрели. Все сейчас изрядно взвинчены. Оно и ясно. Потому что преступников, похоже, не нашли.

— Проходите, — звучит грозный голос врача. — Помните, недолго. И ни в коем случае не заставляйте Артура Ринатовича нервничать.

Задержав дыхание — вхожу.

“Не заставляйте нервничать…”

А как же про дочь сказать?

Ладно, про Илону скажу, когда нас выпишут, но про малыша… да он же сам в первую очередь спросит.

Артур лежит на спине, на больничной кровати, прикрыв глаза. Как же больно на него смотреть… Такого слабого, беспомощного. Я сразу же беру его за руку и нежно целую.

Не получается не плакать.

По щекам льются слёзы.

Мои губы дрожат, прижимаясь к его теплой руке.