Сын Дьявола

Все детство смотрел внимательным взглядом. Потом начал обнимать, теперь потребовал поцеловать. Страшно подумать, что будет дальше.

Может и хорошо, что Виталик так скоро станет моим мужем. С Максимом, мысли о котором не отпускают меня ни на секунду, вряд ли можно ждать чего-то радужного. Только секса, но разве будешь им сыт?

Не будешь, это же ясно.

Душераздирающие эмоции не смогут оплатить квартиру или купить хлеба. Максим хорош, но он никогда не станет богатым. Именно об этом я печалюсь, пока мы небольшой компанией идем в танцевальный зал.

Я ляпнула, что возвращаюсь в ПолДенс, и Виталик загорелся. Именно на этой почве мы когда-то начали встречаться. Он приходил и смотрел, а потом просто провожал меня домой. И отец не был против.

В танцевальном зале мня ждали девчонки. Красивые, заводные. Они любили шум и вечеринки и со мной им было скучно. Но я все равно по ним соскучилась. Мы общались только здесь, как будто в своем параллельном мире. И Снежана с нами. Сегодня она была одета скромнее, чем обычно. В шортах. В другой одежде и не занимаешься на шесте. Требуется много сил, мышц и голая кожа, чтобы проделать даже самый маломальский разворот.

Снежана смущенно общалась с бывшими одноклассницами. Они не судили ее, жалели, но судя по лицам были очень довольны, что можно обсудить чужую беду. Люди вообще любят чужие страдания, ведь на их фоне собственные проблемы кажутся не столь значимыми.

Конечно, мое тело все помнило, но было как будто деревянным. Да и девчонки в акробатическом мастерстве ускакали далеко вперед.

— А ты ничего… — улыбнулась мне Ленка, спрыгнув с шеста. — Еще песок не сыплется…

— А ты, я смотрю, все хорошеешь? — отвечаю я ей со смешком и щипаю за чуть наметившийся животик.

Мы смеемся недолго, резко открывшееся как по волшебству окно распугивает радость, как стайку бабочек.

Один из парней, что пялился вместе с Виталиком в планшет, идет закрыть створку, но уже поздно.

В окно впрыгивает Антон и сердце мое замирает.

Парни тут же повскакивали. Бравые войны. Посмотрим, на многое ли вы способны.

Между высшими и низшими слоями всегда негласная война.

Снежана стояла, вцепившись в мою руку ни жива, ни мертва, и я хорошо понимала ее состояние.

А еще в душе вспыхивает нечаянная радость от возможности еще хоть раз увидеть Максима.

— Свалил отсюда нахуй! — орет Виталик и вскакивает с дивана. Остальные парни тут же встают в стойку. Но не приближаются. Драки они боятся. Больно вылизанные по сравнению со шпаной из приюта. Но судя по выражению лица Антона и взгляду, скользнувшему по мне, он что-то задумал.

— Спокуха! — говорит он, и кто-то подает ему бутылку пива. А потом еще одну и вот уже перед окном целый ящик.

Я морщусь, но понимаю, что ни одна молодежь не пойдет против такого белого флага.