Сын Буйного

 – У нее фирму отбирают, а она за телефон переживает…

И тут я совершенно явственно понимаю, что ни фирму, ни сына я потерять не могу. А для этого мне нужно… боже я лучше умру, чем снова переживу все это с Буйным.

– Ты там главбуху колено что ли прострели, – обыденным тоном просит Буйный Валида тем временем. – Чтобы пошустрее доки тащила.

Валентина Андреевна ахает, натягивая офисную юбку на колени, будто ткань сможет спасти их от пуль.

– Нет. Не надо. – отмираю я. – Каковы ваши условия?"

"Вон как заговорила. – довольно ухмыляется Буйный, – я уж думал не расколешься. Условия те же, что и два года назад. Я делаю с твоим телом все, что захочу, – подходит ко мне Буйный вплотную. Прикасается большим шершавым пальцем к губе, проводит по щеке сбитой в бою костяшкой. – Ты радостно визжишь подо мной.

– Невозможно радостно визжать от боли. – тихо замечаю я, пытаясь увернуться от его собственнических прикосновений.

– То, что ты не получила удовольствия от процесса тогда, – это только твоя вина, – отрезает Буйный. – Обычно женщины остаются после меня удовлетворенными.

* * *Артур Буйный

Вот это – баба! Огонь, а не баба! Вернее, не огонь, ничего общего с пламенем там нет, скорее она – Снежная королева. Замороженная. Полностью контролирует свои эмоции. Куда там ее брату-ссыкуну до нее?!

Два года назад я поступил с ней плохо. Хотя я не хочу признавать этого, не хочу брать на себя ответственность за то, что перегнул палку, ведь девка сама меня выбесила!

Обычно с бабами я бываю помягче. Ну а что с них взять? Ноги раздвинул, всунул, они радостно визжат под тобой. Ничего сложного. А вот с сестрой Птицина все пошло по звизде… Причем с самого начала.

Она мне нравилась. Я давно ее уже присмотрел на одном вечере. Мелкая. Метр с кепкой, а фигурка ладная. Все на своих местах. И волосы длинные темные. Западаю на брюнеток больше, чем на блондинок. Я даже пытался подкатить к ней.

А она отшила. Я же не знал, что она на всю голову отмороженная… Решил, что она не признала по глупости хозяина всего города. Но теперь понятно, что она прекрасно знала, кого динамила.

Поэтому, когда ее братец, Гошенька – ху…ка попал в залет, я уже точно знал, что именно потребую у него в качестве отступных.

Ту, которая больно задела мое самолюбие, уязвила мою мужскую гордость. Ведь до этого ни одна девка не отказывала мне: ни горничная в пятизвездочном отеле, ни официантка в ночном клубе, ни даже известная певичка или актрисулька (все они радостно визжали подо мной, одинаковые в своем стремлении угодить мне), и я даже понятия не имел, что такой ничем не мотивированный отказ может случиться в принципе.

Что меня взбесило в ту ночь, так это то, что Птичка поехала со мной только по той причине, чтобы я не открутил шары у ее братца.