Давай сыграем в любовь (СИ)

— Я просто никому не разрешаю трогать мой байк, — как-то оправдываясь, сообщает Соболев, проводя рукой вдоль каштановых коротко стриженых волос.

— Да ерунда, — отмахиваюсь, пожимая плечами. Он делает шаг ко мне, но я тут же отхожу в сторону, и иду к сумочке. Суетливо начинаю складывать туда бумажки, они мне еще пригодятся. Может Соболев и придурок, мудак высшей степени, однако объясняет он отлично и без этих подсказок мне не обойтись.

— Ты решила прибраться? — в его голосе читается легкость и удивление. Боковым зрением замечаю, что Руслан привалился к стене, скрестив руки на груди.

— Вообще-то мне уже пора, я же говорила, времени в обрез сегодня.

Я не смотрю на него, просто не хочу, не могу. От одного его самодовольного вида, от этой полуулыбки застывшей на губах, хочется разреветься или зарядить ему пощечину.

— Ты завалила еще что-то кроме матана?

— Слушай, — сглотнув, я резко поворачиваюсь. Мне требуется несколько долгих секунд, чтобы посмотреть в глаза парню, от которого сердце совершает кульбит. — То, что только что было между нами это… — вдох, разрывающий каждую клетку. А затем улыбка, фальшивая. — Ничего не значит.

Лицо Руслана остается непроницаемым. Ни одни мускул не дрогнул, словно он такое каждый день слышит от девушек. И я снова ругаю себя, о чем думала, когда отдавала ему свой первый раз. Да, он был безумный, настолько, что впору задохнуться. У меня до сих пор кожа горит в тех местах, где касались его пальцы, губы. Так не должно быть, особенно после разрывающей на части правды, и ноги не должны подкашиваться. А я все еще жду чего-то. С замиранием, с надеждой, как будто сейчас случится чудо.

— Вот как? — наконец, выдает он, отводя взгляд первым, и засовывает руки в карманы спортивок.

— Да, ты же и сам понимаешь, что ну…

— Что это был просто секс? — склонив голову на бок, интересуется он.

— Угу, просто… — я не могу подобрать слов, не знаю, как надо ответить, чтобы не выглядеть полной дурой. Поэтому говорю резко, первое, что приходит на ум. — С таким как ты у нас ничего бы не получилось."

"На губах Соболева вдруг появляется ухмылка, он переступает с ноги на ногу, я толком и не понимаю его реакцию, однако даже кожей ощущаю, что в комнате как-то заметно изменилась атмосфера. Между нами все вдруг натянулось, настолько, что каждый вдох выходит болезненным и острым. Может… мои слова его задели? Да ну быть не может. Это же Соболев, ему плевать. На всех и вся. И на меня, уверенна — тоже.

— Было забавно, — наконец-то отвечает он, отталкивая от комода, и усаживаясь на стул. — Вообще у меня не было девственниц до тебя, я не фанат этого. С ними знаешь… — Руслан берет телефон, крутит его в пальцах, но не заходит в приложения. — Скучно.

— Оу, — сглотнув, то ли шепчу, то ли произношу вслух.