Сыграем

— Он замечательный, Лиззи. Такой замечательный. Никогда прежде я не встречала никого, похожего на него.

Она медленно кивнула, отряхнула руки и затем крепко их сжала. Еще несколько нервных черт, которые мы унаследовали от нашей ненормальной матери.

— Он будто снова включил тебя. То, что мы выбрались из дома, помогло, но... он снова нашел тебя.

— Нашел меня? Я все время была прямо здесь, Лиззи.

— Нет, тебя уже давным-давно не было.

Я уставилась в пол, не находя слов.

— Так, я думала, ты пригласишь Риса присоединиться к нам этим утром.

Мой рот открылся от удивления. Как раз из серии о том, что происходит впервые.

— Дерьмо. Я сказала, что позвоню ему. Совершенно вылетело из головы.

— Бедный Рис. Ты знаешь, думаю, для него это будет полезно, — Лиззи усмехнулась, потом замерла и принюхалась. — Бекон горит!

Мы подоспели на кухню как раз вовремя, чтобы увидеть дым, поднимающийся со сковороды и почерневшие кусочки бекона. Какая трата продуктов. Я выключила конфорку, выбросила остатки завтрака в раковину. Обычно холодильник был забит продуктами для нашего воскресного бранча, но на этой неделе я была слишком занята.

— Не переживай, вместо этого мы перекусим тостами.

— Извини."

"— Вы же обе пойдете на репетицию, да? Парни не будут против, — на кухню вошел Мал, занятый застегиванием молнии на сером худи. Парень был с джинсами одним целым, и они на нем так хорошо смотрелись. А я все еще была в своей элегантной одежде для сна, неумытая, и с, должно быть, жирными волосами. Он посмотрел на сгоревший бардак в раковине. — Дайте угадаю, все-таки я поведу вас куда-нибудь позавтракать?

— Нет, мы съедим тосты. После той вечерники у вас сегодня будет репетиция? — спросила я. Веселое времяпровождение продолжалось до раннего утра. — Вот это самоотверженность.

— До начала тура осталось всего четыре дня. Время идет, — Мал сделал паузу. — И мы идем на улицу. Не ожидай, что я проживу на хлебе и воде. Своего мужчину ты должна кормить чем-то большим, нежели этим, женщина.

Я изо всех сил постаралась не разомлеть на словах «своего мужчину» и тем самым отбросить феминистические движения на пятьдесят лет назад. Близость с Малом была опасна.

— Звучит здорово. Позволь мне принять быстрый душ.

— Хорошая идея. Я потру тебе спинку, — сказал он, следуя за мной в гостиную.

— Почему бы тебе не составить компанию Лиззи?

— Почему бы мне не составить компанию тебе? — он понизил голос. — Я могу очистить то особое место для тебя с помощью языка. Обещаю, что проделаю хорошую работу.

— Вау. Очень мило с твоей стороны. — О, блин. В качестве поддержки я схватилась за ручку двери в ванную. — Вот тебе два слова, Мал. Роковое. Влечение.

Его улыбка было огромной, когда он отмахивался от того, что меня беспокоило.

— Прием, у меня даже нет кролика[13].