Сволочь ненаглядная

– Когда она умерла?

– Позавчера.

– Господи, – подскочила я на месте, – почему же родственникам не сообщили?

– Вы чего, тетя? – вызверилась «булочка». – Очень даже сообщили. Нам трупы не нужны. Приезжали и свекровь, и муж, супруг даже в обморок упал."

"Отказываясь что-либо понимать, я принялась мерить шагами коридор. Наконец вдали послышались голоса, и появилась группа людей в голубых, зеленых и белых костюмах.

– Роман Яковлевич, – позвала я.

Молоденький парень в больших очках притормозил на бегу и спросил:

– Вы ко мне?

– Да.

– Слушаю.

– Я относительно Звягинцевой.

Крупные, оттопыренные уши очкарика вспыхнули огнем, и он пробормотал, опуская глаза:

– Пойдемте в ординаторскую

В довольно большой комнате на письменном столе мирно лежали остатки завтрака. Несколько ломтиков колбасы, наломанный батон и пакетик «Липтон».

– Звягинцева скончалась, – со вздохом сообщил парень, опускаясь на стул.

Лицо доктора было совсем молодым, больше двадцати ни за что не дашь. Но раз работает в больнице, наверное, закончил институт.

– Мне уже сказали, – ответила я, – хотелось бы знать, отчего.

– Кто вы, собственно говоря, такая? – выпустил когти Минаев.

– Тетя Насти.

– Все объяснения даны мужу, – сухо пояснил врач, – у него и спрашивайте.

Я уставилась на «Гиппократа» в упор. Надо же, небось только начал практиковать, а уж освоил повадки стаи. Но откуда молодому нахалу знать, что моя лучшая и единственная подруга – хирург? Так вот Катюша не раз говорила:

– В больнице главное – не пускать дело на самотек. Уложили в палату и успокоились, дескать, врачи сами все необходимое сделают. Нет, не сделают; надо проявлять бдительность, не стесняться спрашивать названия лекарств, требовать консультаций профессора, следить, как выполняют назначения медсестры. К сожалению, сейчас много недобросовестных работников. Если у больного скандальные родственники, побоятся связываться. Они с жалобами побегут, потом по комиссиям затаскают, еще в суд подадут…

Вздохнув поглубже, я процедила:

– Вот что, любезнейший, извольте дать исчерпывающий ответ на вопрос. Иначе, посмотрев на здешние порядки, я отправлюсь в Минздрав, а следом в суд. Пусть проведут служебное расследование, назначат комиссию да проверят, как вы, с позволения сказать, лечили мою несчастную племянницу, здоровую во всех смыслах, не считая сломанной ноги.

Уши врача превратились в факелы, и он забормотал:

– Ничьей вины тут нет, иногда случается подобное, в частности, у лежачих больных…

– Что это было?

– Тромбоэмболия легочной артерии.

– Что? – не удержалась я.