Сволочь ненаглядная

Майя и Валентин совсем не обрадовались визиту сына. Правда, постелили ему на раскладушке в коридорчике и целых семь дней кормили, но потом мать сказала:

– Ты уже взрослый, тебе шестнадцать лет. Видишь, мы живем трудно, пенсия крохотная, квартирка однокомнатная. Да и отец тяжело болен, инвалид. По-хорошему, не мы тебе, а ты нам помогать должен. Извини, но возвращайся назад.

Пришлось Егору сматываться.

– Куда же он пошел? – удивилась я.

Леня тяжело вздохнул.

– Сначала по знакомым ночевал, а потом…

– Ну, говори!

– Потом устроился в художественное училище натурщиком и…

– Что?

Леня замялся, подвигал по столу бумажный стаканчик и наконец договорил:"

"– Ну понравился он там одному преподавателю, известному художнику, тот его у себя и поселил, понятно?

Чего уж там, понятнее некуда.

– Егор сейчас у этого художника?

Леня покачал головой. Я обозлилась до крайности.

– Слушай, скажи адрес!

– Не знаю.

– Ну ничего себе! Только что ты утверждал обратное…

– Сейчас объясню, – забормотал Леня. – Художник тот Егорку полюбил, одел, как картинку, денег давал, квартиру купил. А Егорка иногда мне кой-чего подбрасывал из одежонки или подарки дарил…

Потом живописец за границу подался, и Егорку с собой взял. Но друг про меня не забыл, по-прежнему деньги передает и презенты. Только от него теперь девушка приезжает и письма мои увозит. Она-то точно знает адрес Егора, вроде родственница этого портретиста, точно не скажу.

– Ты мне ее координаты сообщи, – чувствуя огромную усталость, сказала я.

– Пожалуйста. Манекенщицей она работает, в агентстве, очень красивая, Звезда зовут.

– Как?

– Звезда, Стелла Егорова, а адрес ее…

– Не надо, – промямлила я, – не надо, сама знаю.

Глава 29

Домой поехала не сразу. Сначала зашла в ближайший магазин и уставилась на перемороженные рыбные туши, похожие на плохо обструганные поленья.

Стелла Егорова! Наглая манекенщица, снимающая квартиру, откуда съехал Егор. Значит, она все-таки знает, где искать парня, но мне не рассказала! А я, словно слепой котенок, толкалась в разные стороны мокрым носом абсолютно безрезультатно. Нет, вы когда-нибудь встречали подобную дрянь!

От злости я со всего размаха пнула ногой стоящую рядом хозяйственную сумку. Раздался сухой треск. Так, опять разбила яйца!

– Ну и безобразие же, – закричала худенькая девушка, похожая на Юлечку, – как вы смеете…

– Что случилось? – удивилась я, не понимая, чем вызвала гнев девицы.

Стою себе в сторонке, а то, что пинаю набитую торбу, так имею полное право поступать со своей авоськой, как хочу. Мои руки потянулись к матерчатым ручкам.

– Сейчас охранника позову! – взвизгнула девица. – Немедленно поставьте мою сумку.

– Вашу?!

– Естественно, мою, – злилась девчонка.