Свои чужие

И знакомых таковых не имею, но может, он подскажет.

Вита, конечно, безбашенная. Нет, я понимаю, она из благих намерений во всё это ввязывается. И даже уважаю её за это. Но сама ведь и правда не потянет. От денег моих она отказалась, квартиру приличную зачем-то продала. Но если сама идея опеки вначале повергла в шок, то теперь даже нравится. Нехилый азарт пробуждает.

— М-да, задачку ты мне на ночь глядя задал, Кирилл, — отвечает Юра.

— Поможешь, или дальше искать?

— К концу завтрашнего дня сообщу. Идёт?

— Договорились.

Я кладу трубку, зуд утихает.

Наливаю в бокал немного виски в качестве анестетика. Заваливаюсь на диван и включаю телевизор. Сейчас бы пальцем у виска покрутили все те, кто был в курсе, почему я оставил должность в Москве и воевать полетел. Их было немного, но они и тогда не особо подбирали выражений. Придурок, долбоёб, смертник. Лучше бы девица положенный срок отсидела. Передачки бы носил, ждал. Чем быть должным генералу.

Косминин не сразу условия выдвинул. Спустя две недели после того, как Виту отпустили. Сказал, мол, поздравляю! Летишь, Самсонов, в жопу мира, где пачками гибнут наши люди, выполнять важную миссию. Решаешь боевые задачи, преданно служишь родине. Генералу нужен был свой проверенный человек и раз уж я не стал его преемником, то хоть где-то должен был сгодиться.

Изначально речь шла о месяцах, затем на год-полтора затянулось. Меня всё сменить обещали, но ни фига не выполняли. Когда в плен попал, я сам виноват был — потерял бдительность. Потому что сил воевать уже не было. Домой тянуло адски. В мирную жизнь, подальше от бесконечных взрывов и выстрелов.

И я вернулся. Полуживой, правда. Будто одна оболочка осталась. В больничке пролечился, на несколько месяцев вегетарианцем стал. Всё вспоминал пытки паяльником и запах палёного мяса, вбивающийся в ноздри."

"Потом полностью в себя пришёл. Жизнь наладилась, купил машину. Приспособился. Вот только, казалось, чувствовать перестал. Всё делал на автомате, словно робот. Занялся фирмой отца, уволил управленца. Вспомнил основы финансов, которым учился кода-то в универе, до того как жизнь занесла меня в армию. Просыпался, ел, принимал душ, выполнял базовые действия, потому что надо было. Познакомился с девушкой. Спокойной, послушной. Решил, что больше, блядь, никаких малолеток. Хватит с меня.

Но стоило только встретиться с Витой в больничной палате, как устоявшаяся жизнь вновь полетела в чёртовой матери. Хватило нескольких фраз и взглядов, чтобы почувствовать тягу. К жизни, к людям, к ней. Как получивший наркотик, остановиться не мог, хотя пресечь всё на корню было в моих силах. Не в её.

Я упорно настаивал на присутствии Виты. Когда в кафе подвозил, когда в гости к матери пригласил. Думал, смотреть на неё не смогу после выходок дурацких.