Малой кровью на своей территории

Вот тут тебе и шанс повоевать достойно, делом доказать, что артиллерия самый важный род войск и бог войны… Но это, как выяснилось несколько дней назад, были красивые планы и благие намерения, а реальность… – вот она, суровая реальность, в виде единственной уцелевшей от всей батареи пушки да пары десятков его голодных, измученных долгим маршем бойцов!..

От этих нерадостных мыслей на капитана Давыдова тогда накатила такая злоба и ненависть, что ему не только заснуть – ему дышать стало трудно от горячего желания прямо сейчас кого-нибудь из фашистской сволочи убить, причем убить лучше своими собственными руками. И потому появление одного из своих бойцов, отправленных на разведку окрестностей, с сообщением о том, что неподалеку обнаружен поселок, а в поселке слышна стрельба и, судя по всему, идет бой, Давыдов воспринял как манну небесную, как спасительный глоток воздуха. Быстро подняв своих артиллеристов, он ринулся к поселку, страстно желая повоевать, выплеснуть душившую ненависть, а там уж как получится. Повоевать в тот раз не получилось, но зато встретили своих, и те никуда от врага не бежали, а очень даже наоборот. Вот там командир батареи и познакомился с лейтенантом Ивановым…

Больше всего, если отложить в сторону явные нарушения субординации и иерархии командования, Давыдова поразила осведомленность Иванова в узкоспециальных артиллерийских вопросах, которые не каждый и артиллерист-то сейчас знает. Положим, что такое артиллерийский огневой вал, лейтенант, как и сам Давыдов, мог узнать еще во время обучения в военном училище, от старых преподавателей, заставших Первую мировую, если не щелкал там хлебалом, а учился старательно. Но откуда пехотный лейтенант знает, что такое артиллерийская засада и огневой мешок? Это даже в уставах еще не описано. Давыдов и сам-то об этом узнал отнюдь не в ходе обучения – не учили их такому в училище, а уже потом, из боевого опыта старших товарищей, когда под Халхин-Голом для атакующих самураев те огневые мешки да засады организовывали. Ну, а лейтенант Иванов откуда мог узнать? Может, слышал где? И вчера, после совещания, где Иванов довел план войны на завтра и поставил индивидуальные задачи, а потом распределил под эти задачи силы и средства и долго еще сидел вместе с ним, Гавриловым и Сотниковым, объясняя, как он сказал, «каждому свой маневр», Давыдова снова приятно удивило то, что командир, пусть и пехотинец, очень хорошо понимает возможности и могущество артиллерии, отводя ей в предстоящей засаде особо важную роль – не только как наиболее мощного средства огневого подавления, но еще и как средства подстраховки всех остальных сил засады на случай, если в бою что-нибудь пойдет наперекосяк.