Малой кровью на своей территории

А такие вот, в добрых традициях «потемкинских деревень», бумажные военно-экономические теории и бумажные же войска для этих теорий – они хороши, когда нет войны, когда учения и штабные игры можно проводить на той же бумаге, то есть на картах и макетах. Когда при помощи этих бумажных теорий и некоторого эмоционального напора можно быстро продвигаться по карьерной лестнице, в случае особой нужды просто обвиняя недоверчивых или более профессиональных оппонентов в замшелости и ретроградстве. Можно еще обвинять в контрреволюции и уклонении от генеральной линии партии, это если уже совсем припечет. Но потом, причем зачастую неожиданно как раз для таких вот бумажных теоретиков, уже пролезших высоко наверх в иерархии командования, начинается настоящая война, и их фееричные теории проверяются жестокой практикой реальных боевых действий. В данном конкретном случае реальность войны оказалась для 29-й танковой дивизии 11-го мехкорпуса РККА гораздо хуже и гораздо жестче, чем это предполагалось в теории и на бумаге.

Из положенных по штату 63 тяжелых танков к началу войны имелось всего шесть, из 210 средних – всего двадцать шесть, то есть число реально эффективных в бою и хорошо бронированных танков суммарно – примерно десятая часть от необходимого по штату количества таких танков. Положенных по штату двадцати шести быстроходных танков БТ не было вообще, а из имеющихся тридцати восьми танков Т-26 почти половина была не на ходу и ждала серьезного ремонта. Бронеавтомобили – тоже около половины от штата, при этом примерно четверть также не на ходу. Гаубичная артиллерия, пусть и тоже меньше, чем положено по штату, как бы была, но ее наличие в боевых условиях можно было вообще не учитывать, поскольку тягачи для перемещения орудий и боезапаса просто отсутствовали. Положение со средствами ПВО – еще хуже, чем с танками. Вот в таком вот печально-реальном техническом оснащении, без артиллерийской и авиационной поддержки и без налаженного взаимодействия с пехотными частями, 29-я танковая дивизия встретила войну.

Когда все танки, что были к началу войны на ходу, пошли в бой, сержанта Коршунова с несколькими его салажатами-учениками оставили в Гродно, в помощь техслужбам дивизии – срочно ремонтировать и восстанавливать неисправную бронетехнику. За пару дней войны совместными усилиями, безжалостно разукомплектовывая остальные машины, отремонтировали и поставили на ход семь легких Т-26 и еще с десяток пушечных броневиков, которые тоже пошли в бой. Но особой роли это уже не сыграло – к тому времени немецкие войска вели бои практически в окрестностях Гродно.