Малой кровью на своей территории

То, что тот оперативной обстановкой не владел, понять было можно – сейчас по всему фронту беспорядок и неразбериха, связи почти нет, достоверных разведданных мало. Но вот то, что на вопрос – какие меры принимаются, чтобы обстановку прояснить? – Климовских просто равнодушно пожал плечами и сообщил, что штабом фронта делается все возможное, Павлова рассердило. Но он сдержался и задал следующий вопрос: какие планы подготовил штаба фронта на случай, если немецкие войска прорвут оборону вокруг Минска? И сразу же получил уверенный ответ: отвод войск на линию Витебск – Орша – Могилев – Жлобин, чтобы избежать окружения.

– А что с городом?

– А город придется оставить…

– И все? Просто оставить – и все?!

– …

Вот тут Павлов пришел в бешенство, сначала долго орал на генерал-майора, творчески описывая родословную, физиологические особенности и умственные способности начальника штаба фронта, а потом выгнал его вон, дав при этом весьма расплывчатые указания как можно скорее восстановить управление войсками фронта и подготовить предложения по обороне окрестностей Минска. Расплывчатые, потому что и сам пока не знал, что нужно и можно сделать конкретно…

Размышления и самокопания командующего фронтом прервал стук в дверь – прибыли посыльные от генерал-майора Хацкилевича. Поначалу, увидев, как в кабинет заходит летчик с объемистым пакетом в сопровождении особиста с небольшой канистрой, от которой шел резкий запах бензина, Павлов чуть не рассмеялся от столь нарочитой демонстрации важности и секретности доставленных документов. Все еще улыбаясь, он под подпись принял пакет, велел дежурному секретарю убрать из кабинета канистру, входящую в комплект передаваемой документации и оставленную упрямым особистом, потому что «у него приказ…», и углубился в изучение доставленных материалов, с легкой язвительностью пробормотав:

– Ну что же, сейчас посмотрим, что тут за такие особо секретные методические указания по организации обороны и гениальные тактические находки прислал этот загадочный командир корпуса, прежде вроде не блиставший особыми творческими озарениями на поприще военного искусства, а теперь неожиданно прозревший до уровня, как минимум, командарма.

Бегло просмотрев вложенные в пакет конверты, из них Павлов первым делом вскрыл конверт, адресованный лично ему. Отложив остальные бумаги, развернул на столе выпавшую оттуда карту. И, что называется, завис. А через некоторое время, оторвавшись от карты, задумчиво откинулся в кресле. Теперь принятые Хацкилевичем меры безопасности при передаче пакета уже не казались ему чрезмерными.

– Вот оно как… Вот оно, значит, как получается… Котлы окружения, значит, немец планирует – один под Белостоком, а второй здесь, под Минском.