Малой кровью на своей территории

Или сразу до Москвы рвануть собрался?! А может, тогда сразу до Урала прорываться будем?! – Слегка выплеснув эмоции, генерал-майор взмахом руки указал полковнику, стоявшему навытяжку во время этого легкого начальственного выговора, на стул и углубился в изучение принесенных своим начштаба документов. И сразу же вновь почувствовал раздражение.

Да уж… план организации обороны. Нет, само название плана поставленной задаче соответствует, а вот все остальное, в нем изложенное, к организации обороны практически никак не относится. Опять-таки, сказать, что подготовленный план вообще никуда не годится, нельзя – полковник Коваль штабистом себя проявил хорошим, да и соображения ему было не занимать. Но вот прочно довлеющие над ним, как, кстати, совсем недавно и над самим генералом, тенденции предвоенной наступательной доктрины… В общем, план этот не был планом построения мощной и долговременной обороны. Это, в полном соответствии с только что высказанными начштаба предложениями, был план некой временной обороны, даже без организации инженерно-заградительной подготовки ее рубежей, без строительства долговременных огневых и защитных сооружений. Обороны, рассчитанной на кратковременное сдерживание противника, и только до тех пор, пока не будут собраны силы, подремонтирована и восстановлена боевая техника, загружен боекомплект. И заканчивался этот план тем, что предусматривал «Ка-а-ак врезать по врагу – могучим ударом и мощ-щ-щным прорывом!».

– Угу, «могучим ударом»… и еще «малой кровью», – хмыкнул себе под нос генерал-майор, но более выказывать свое неудовольствие подчиненному пока не стал. Это, по большому счету, не его вина – полковника так учили. Их всех так учили перед войной, а теперь вот придется учиться самим, уже в жестоких реалиях боевых действий, оплачивая эту учебу большой кровью."

"И его, Хацкилевича, сейчас главная задача – не ругать за ошибки своего начштаба, то есть своего ближайшего помощника и будущего организатора боевой деятельности оборонительного района, а объяснить ему эти его ошибки. И начать, пожалуй, придется с того, чтобы убедить своего начштаба в пагубности таких вот «могучих ударов» и «мощных прорывов»… А для примера как раз подойдет последний «мощный прорыв с последующим контрударом под Гродно» их 6-го механизированного корпуса, который чуть было не завершился гибелью всего корпуса.

– Гм… полковник.