Сводный гад

— Так отцу и сказать? В связи с непреодолимой химией к Царевне? — скептически уточняю я. — И потерей сознания при сближении?

— Ну ладно у тебя там может чего в голове сломано — «сестра-брат», ты в семье не жил ни разу. А с ней то что не так!? Она зачем отвечает??

— А… с ней не так всё! — зажмуриваюсь я. — Она странненькая…

— Яш…

— Да понял, я понял… А если с резинками там убойными тоже табу?

— Яшин! Выпей детокс какой-нибудь, подрочи и спать. И больше ни капли в рот, долбанутый мой друг!

— А про неё дрочить можно или тоже табу? — ною я убито.

— Ну, пиздец! Хочешь — к нам приезжай. Вправим тебе башню.

— Нет, я лучше по первому сценарию.

Скидываю вызов. Чо так несправедливо то, а?

Глава 14 — Друзья

Саундтрек к главе: МИ-6 — NЮ

Мы встречаемся теперь только за столом. И не перекидываемся даже парой слов. Я делаю всë, чтобы не пересекаться.

Яся притихла… Болеет.

Ходит в пижаме. С подушкой в виде кота. И когда присаживается, пытается всё время положить на неё голову.

У неё температура, слезящиеся глаза и пропал голос.

Мне сложно на неё злиться, когда она такая.

— Ясь, Эдик не приедет, — переписывается по телефону с кем-то Ольга Валерьевна. — Боится заразится… А у него важное мероприятие с родителями. Мама его написала.

Мой глаз дёргается.

Царевна не комментирует.

Закутавшись в одеяло, уходит на качели. Лежит там, глядя перед собой.

Я торчу в гостиной, в моей комнате генеральная. Мне немного неловко, что кто-то убирается за меня. Но там паропылесос и всякие приблуды, которыми я не владею, и если честно, не жажду научиться.

Развлекаю Ольгу Валерьевну, тренькая на гитаре.

— Давайте перенесём съёмку, — говорит она по телефону. — У нас дочка заболела.

Прикрывает телефон ладонью.

Двигает по столу горячий морс.

— Отнеси Ясе, пожалуйста.

Окей…

Ставлю кружку на столик.

Встречаемся взглядами.

— Спасибо, — хрипит она.

Вау… Хочется поязвить, что царевна таки освоила азы этикета. Но она такая несчастная, что прикусываю язык.

Сажусь с ней рядом. Медленно раскачиваю нас.

Надо бы поговорить нам о том, что случилось. А то как-то оно повисло…

Но что говорить-то?..

Пальцы дёргают струны, качели покачиваются. И не поймав эмоцию, я вдруг понимаю, что пою ей:

— «Тебе так скучно жить… жить… жить… Тебе так нравится жесть… жесть… жесть…».

Царевна неожиданно кладёт мне голову на плечо.

— «Дa ты мне только скажи! — разрывает меня, выворачивая на изнанку. — Я прилечу нa Mи-6! Я тут вcë разнесу… Я тут всё разбомблю… И тебя унеcу…».

Зачем ты так сделала?? Зачем?!

Внутри меня нарастает агония. Но я боюсь, пошевелиться и спугнуть её порыв.

Ну зачем это?! И так ведь хреново."

"— Перемирие? — выходит, улыбаясь, Ольга Валерьевна с чашкой горячих пончиков в руках.

Яся поднимает голову. Мои пальцы замирают.