Сводный ад

Какой настойчивый подонок! Ещё и следил, что ли?

– Чего ты хочешь, Адам? Мало тебе было моих страданий? Явился, чтобы добить до конца?

– Ника, я…

Вдруг вспоминаю про Персика, вырываюсь и бегу вверх по лестнице. Адам бежит за мной.

– Стой, ты босая! Ноги поранишь!

– Котёнок! Он ещё там!

– Ты как ребенок, Ника! Едва не угробила себя из-за кота! – бранится он, догоняя. – Коты на лапы приземляются, для них два этажа – это не высота, а для тебя может быть смертельно-опасным исходом.

– Он маленький, неповоротливый. Во дворе много ворон, для которых он может стать лёгкой добычей!

Ну Адам, как всегда, в своём репертуаре. Для него любая жизнь ничего не значит. Всё-таки он не изменился внутри… Я и так знала, что этого не будет.

Влетаю в комнату, не обращая внимания на боль в теле и конечностях, снова бросаюсь к окну, запрыгивая на подоконник.

– Ты куда опять лезешь, дурная! Мало тебе?!

Сильные руки хватают меня за талию, оттаскивая назад, не обращая внимания на отчаянные колотушки.

– Стой и не двигайся! Проблема… Какой была проблемой, такой и осталась! Я сам! Сам туда полезу и достану твоего зверя.

– А ты…

Хотела тоже ругнуться в ответ, мол каким был придурком бездушным, таким и остался! Но, к удивлению, рот захлопнула, когда Адам ловко запрыгнул на подоконник и уже высунулся полностью наружу.

И вот в этот момент я испытала что-то такое страшное и тревожное… Когда увидела его на самом краю обрыва.

Я поняла, что все мы, люди, смертные, и ты никогда не знаешь, что может быть завтра…

А вдруг ты завтра не увидишь дорого тебе человека никогда?

Он исчезнет.

Навсегда.

Вы больше никогда не посмотрите друг на друга, ты никогда не услышишь его слов… не почувствуешь тепло рук, никогда не увидишь его солнечной улыбки.

Жизнь так опасна и непредсказуема, что не успеешь оглянуться – темнота.

Не скажешь ему важных слов сейчас, можешь потом сильно пожалеть."

"Если Адама сейчас сорвется и умрёт?

Действительно ли я этого хочу?

Чтобы я… больше не увидела его никогда.

Бах!

Раздался жуткий скрежет.

– Адам! – неожиданно вскрикнула, дёрнувшись к нему с протянутой рукой и слезами, заскользившими по щеке.

Моё сердце, как кусок льда, сжалось в груди, перестав стучать.

* * *За окном слышались кошачьи оры, шипение, скрежет когтей…

А потом я радостно вскрикнула, когда увидела Персика с ошалевшими, огромными глазами и с вздыбленной шерсткой, вырывающегося из рук Адама.

Адам спрыгнул на пол с подоконника, благополучно вернувшись в комнату, и передал мне котёнка с невозмутимым выражением лица. Я тут же принялась браниться на маленького засранца и одновременно тискать его в объятиях.

– Напугал, засранец! Как же ты меня напугал…

Малыш быстро успокоился, начал тыкаться мне в нос, как бы извиняясь, и мурчать.

Я выдохнула.