Сводные. Игра на желание

— И давно ты куришь? — вываливает на меня все свои эмоции.

— Курю?

— От тебя сигаретами несло за километр! И не лги, что прилипло. Я курил и прекрасно знаю разницу в концентрации запахов.

— Чего ты орешь на меня, будто я ребенок?! — вскипаю в ответ. — Ты мне вообще чужой человек! Ты сам так решил! И теперь будешь меня воспитывать?

— Буду, Лада! Потому что в отличие от тебя, я в таких клубах бывал не раз. И тёлок бухих разводил на секс в сортире. Они охрененно сосут, знаешь ли, в таком состоянии! И много на что готовы, потому что в башке в этот момент ничего! Только музыка и бухло. Бери и делай все, на что способна твоя фантазия. А знаешь, кто страшнее просто пьяной неопытной девочки?

— Кто? — обиженно и ревниво смотрю на него.

— Обиженные мужчиной пьяные неопытные девочки. Выпороть тебя хотелось адски. У меня до сих пор руки чешутся!

— Только попробуй! — крепче сжимаю в руке вилку. Кир смотрит на нее, усмехается.

Не страшно ему. А вот мне страшно. Потому что он прав. Но оправдываться я не стану. Мне это было очень - очень нужно. Клуб стал рычагом, разжавшим тугую пружину в моем животе. Каждому человеку нужен срыв. Прокричаться, поколотить боксерскую грушу или напиться. Я прокричалась внутри себя и залила это все крепкими коктейлями. Это моя личная психотерапия! От него между прочим!

И где я в итоге оказалась? Прибью завтра Настю!

Молчим. Между нами только тяжелое дыхание и его злющий, многообещающий большие проблемы взгляд.

— Ешь, — кидает мне и уходит из кухни."

"Вжимаю голову в плечи, слыша серию глухих ударов. За спиной раздаются его шаги. Быстро принимаюсь есть, глядя, как на пол с разодранных костяшек капает пара капель крови. Толмачев молча подставляет руки под холодную воду. Вытирает их бумажными полотенцами и с невозмутимым лицом снова садится напротив меня.

— Это ты прислал канцелярку в детский дом? — тихо спрашиваю.

— Понятия не имею, о чем ты, — пожимает плечами, глядя как очередная вилка с его остывшим кулинарным шедевром исчезает у меня во рту.

— Кит, в накладных было написано «Либерти». И подпись вашего Гордея стояла.

— А я здесь каким боком? Значит инициатива клуба. Такого рода акции помогают начинающим бизнесменам.

Я ему совсем не верю сейчас. Уверена, что он приложил руку к этой акции, как он выразился.

— Передай Гордею спасибо от детей. Они были в восторге.

— Передам.

— У тебя кровь, — киваю на руки с красными дорожками.

Он встает, снова подставляет руки под воду. В этот раз гораздо дольше стоит ко мне спиной. Я вижу, как он дышит. Глубоко, рвано. Плечи подрагивают, острые лопатки проступают через футболку. Мне надо уйти. Уже пора. Но я сижу и жду непонятно чего.

Маме бы еще позвонить. Она будет волноваться.

— Кирилл, а где мой телефон?

— Отдам, когда мы нормально поговорим, — разворачивается.