Горький ветер свободы

Есть вещи, признаваться в которых нельзя, особенно подчиненным. Но – в данном случае можно сказать «к счастью» – меня тревожила далеко не одна вещь.

– Я никогда в жизни не была в бане, – понизив голос, призналась я. – У нас на севере это не принято. Образно говоря, не знаю даже, с какой стороны к этим баням подходить.

Глаза Бьянки вдруг как-то странно загорелись.

– А знаете, – проговорила она, явно подбирая слова более осторожно, чем обычно, – вообще-то если господам нужна помощь – ну там, намылиться или вот показать, что да как, – то их может слуга сопровождать.

И, прикусив губу, посмотрела на меня с плохо скрываемой надеждой. Теперь я, кажется, начинала понимать. Обычно слугам запрещено посещать господскую баню. Но если самому господину требуется сопровождение – тогда другое дело. А господская баня наверняка по целому ряду признаков лучше, чем предназначенная для простолюдинов. Вот Бьянка и обрадовалась: у нее появился шанс попасть туда, куда обычно вход слугам заказан.

Что ж, меня такой расклад целиком и полностью устраивал. Во-первых, я и правда совершенно не представляла себе, что такое эта баня и с чем ее едят. Во-вторых, такой внезапно выпавший Бьянке счастливый шанс вполне мог послужить залогом наших хороших взаимоотношений в будущем.

– Тогда решено: пойдем вместе, – постановила я, и Бьянка довольно просияла.

– Я сбегаю к ним туда и договорюсь, – жизнерадостно предложила она.

– Хорошо, – кивнула я.

Тоже по-своему жизнерадостно. Если меня теперь развернут и отправят в баню для слуг, то во всяком случае не лично, прямо на входе, а через служанку. Психологически это казалось менее унизительным."

"Однако мои пессимистичные прогнозы не оправдались. Вернувшись, по-прежнему довольная Бьянка сообщила, что баня свободна и мы можем идти. Она прихватила для нас обеих сменную одежду и гребни, сказав, что все остальное найдется в изобилии на месте.

На входе действительно стоял слуга, который пропустил нас без единого слова, почтительно поклонившись.

Баня состояла из трех помещений. Первое – небольшое, с широкой скамьей – предназначалось для раздевания и одевания. Здесь было довольно-таки жарко. Второе, самое главное, в сущности и являлось баней. Здесь было очень просторно, жарко и влажно. Вдоль стен располагались каменные скамьи, в центре комнаты – круглое каменное возвышение, на которое, как оказалось, тоже полагалось ложиться. Камень был очень теплым, но не настолько горячим, чтобы вызывать неприятные ощущения. На скамьях стояло несколько сосудов. В них полагалось набирать холодную или горячую воду, чтобы впоследствии обливать себя, сидя или лежа на теплом камне. В дальнем конце помещения располагалось два небольших бассейна, опять же, один с холодной водой, другой – с горячей.