Пятьдесят оттенков свободы

А как насчет… э… остального? — Кристиан бросает взгляд на часы. — «Хитман» оставил все детали?.. Хорошо… Да. Я могу задержаться до утра понедельника, но на всякий случай пришли мне это электронной почтой — я распечатаю, подпишу и отправлю тебе обратно… Это может подождать. Поезжай домой, Андреа… Нет, у нас все хорошо, спасибо. — Он отключается.

— Все в порядке?

— Да.

— Это насчет тайваньцев?

— Да. — Он ерзает подо мной.

— Я слишком тяжелая?

Он фыркает.

— Нет, детка.

— Ты беспокоишься из-за этой сделки с тайваньцами?

— Нет.

— Я думала, это важно.

— Важно. От этого зависит наша верфь. На карту поставлено множество рабочих мест.

Ого!

— Мы просто обязаны продать ее. Это работа Сэма и Роба. Но при нынешнем состоянии экономики шансы у всех у нас невелики.

Я зеваю.

— Я утомляю вас, миссис Грей? — Он снова трется носом о мои волосы.

— Нет! Никогда… мне просто очень уютно у тебя на коленях. Нравится слушать про твой бизнес.

— Правда? — Он, кажется, удивлен.

— Конечно. — Я отклоняюсь, чтобы посмотреть прямо на него. — Мне нравится слушать все, чем ты соизволяешь со мной поделиться. — Улыбаюсь, а он смотрит на меня, забавляясь и качая головой.

— Всегда жадны до информации, миссис Грей?

— Расскажи мне, — прошу я его, вновь уютно устраиваясь у него на коленях.

— Что рассказать?

— Почему ты это делаешь.

— Что делаю?

— Так работаешь.

— Мужчина должен зарабатывать себе на жизнь, — улыбается он.

— Кристиан, ты зарабатываешь больше, чем на жизнь, — с иронией говорю я.

Он хмурится и с минуту молчит. Думаю, он не собирается выдавать никаких секретов, но он удивляет меня.

— Я не хочу быть бедным, — говорит он слегка осипшим голосом. — Я это уже проходил и не намерен к этому возвращаться. Кроме того… это игра. На победу. Игра, которую я всегда находил очень легкой.

— В отличие от жизни, — тихо замечаю я, потом сознаю, что произнесла слова вслух.

— Да, наверное. — Он хмурится. — Хотя с тобой гораздо легче.

Со мной легче? Я крепко обнимаю его.

— Все не может быть игрой. Ты такой филантроп.

Он пожимает плечами, и я знаю, что ему неловко.

— В некоторых вещах, возможно.

— Я люблю Кристиана-филантропа, — бормочу я.

— Только его?

— О, я люблю и Кристиана с манией величия, и Кристиана с командирскими замашками, и Кристиана-секс-эксперта, и Кристиана-извращенца, и Кристиана-романтика, и Кристиана-скромнягу… список бесконечен.

— Целая уйма Кристианов.

— Я бы сказала, по меньшей мере пятьдесят.

Он смеется.

— Пятьдесят оттенков.

— Мои Пятьдесят Оттенков.

Он шевелится, запрокидывает мою голову и целует в губы.

— Что ж, миссис Оттенки, давайте посмотрим, как там ваш папа.

— Давай.

— Прокатимся?

Мы с Кристианом — снова в «R-8», я бодра и в хорошем настроении. Мозг Рэя вне опасности — опухоль исчезла.