Связной

— Какие, например?

— По заданию своего руководства он должен будет предоставить прибывающему агенту свое жилье на первое время. Или сопровождать его в другой город. В нашей практике такие случаи происходили… И основания для этого имеются. Все-таки он здесь уже обжился, знает, как себя вести, как следует держаться, если вдруг его остановит патруль. Ситуации могут возникнуть самые различные, всего предусмотреть невозможно.

— А надо стараться, старший лейтенант, — хмуро заметил полковник. — С нас спрашивают строго.

— Стараемся, товарищ полковник.

— Что у тебя еще есть в подтверждение того, чтобы освободить Копылова из-под стражи?

— Он привлекался ко всем нашим мероприятиям и всегда действовал согласно поставленным задачам. Постоянно проявлял инициативу, чтобы улучшить качество работы. И это принесло свои плоды. Немцы серьезно относятся ко всем радиосообщениям.

— Меня интересуют твои личные ощущения.

— Я общаюсь с ним довольно длительное время, и у меня нет оснований ему не доверять. Если бы я заметил что-нибудь сомнительное, то не обратился бы к вам с подобной просьбой.

— Что ж, твое предложение выглядит разумным. Вижу, что ты болеешь за положительный исход операции. Копылову действительно нужно предоставить некоторую свободу. Но оставлять его совсем без надзора неразумно.

— Да, товарищ полковник, об этом не может быть и речи! Наружного наблюдения с него снимать не будем.

— Но вопрос по Копылову весьма серьезный. Об операции «Связной» знают в Главном штабе, и решать его единолично мне никто не позволит. Последнее слово останется за начальником Главка. Как он решит, так и будет. Я как раз с ним завтра встречаюсь и поговорю по этому делу, а ты подготовь мне свои соображения и передай с курьером. До завтрашнего дня успеешь?

— Они уже написаны, товарищ полковник! Сегодня же отправлю с курьером.

— Вот и отлично!

Полковник Утехин перешагнул просторный кабинет начальника Главного управления контрразведки «СМЕРШ» и произнес:

— Здравия желаю, товарищ заместитель комиссара обороны.

Комиссар ГБ 2-го ранга Виктор Семенович Абакумов поднялся с широкого кожаного кресла и, сделав навстречу гостю несколько неторопливых шагов, протянул руку. Ладонь у него была плотная, мускулистая, но пожатие получалось не крепкое. Придержав ладонь Утехина, спросил:

— Есть какие-нибудь новости, Георгий Валентинович?

— Так точно. Я принес результаты работы по операции «Связной».

— Садись. Докладывай соображения!

Полковник Утехин сел по правую сторону от Абакумова и развязал папку с белыми длинными тесемками.

— Здесь все подробно расписано…

— Я, конечно, ознакомлюсь с твоими материалами обстоятельно.