Святость и соблазн

Разве только одно: она собиралась поступить так, чтобы обезопасить другого человека, который был ей… Что? Небезразличен? А как же тот, который незримо присутствует в ее снах?..

Флоренс потрясла головой, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Но на место одних пришли другие, не менее нелепые.

— Может быть, удар по голове направил меня на стезю добродетели и я решила раскаяться в преступном прошлом?

Руперт скептически хмыкнул.

— По-моему, вы насмотрелись мыльных опер. Там сценаристы, чтобы хоть как-то свести концы с концами, придумывают такие сюжетные ходы, которые даже маленьким детям показались бы, абсурдными.

Пройдя в гостиную, Флоренс уселась на диван, поджав под себя ноги.

— Но разве в это так трудно поверить? — опять спросила она. — Как иначе объяснить мое странное поведение на пляже? И откуда берутся сны, если под ними нет никакой реальной основы?

Руперт сел рядом с Флоренс, хотя она предпочла бы, чтобы сейчас он был подальше от нее. Иначе ей будет очень трудно сосредоточиться.

— Хотите сказать, что видели сны и раньше?

Флоренс кивнула."

"— Да, еще лежа в больнице. Правда, я помню лишь отрывки, но между ними определенно существует какая-то связь.

Она пересказала ему все, что помнила, о роскошной белой машине с шофером, о своей поездке по улицам Неаполя, о странном толстячке, взирающем на нее требовательно, если не сказать угрожающе.

Флоренс посмотрела на Руперта.

— Я как будто чувствую на себе чей-то неотрывный взгляд, не упускающий ни единого моего движения. Неотрывный взгляд серых глаз. И слышу этот звук, похожий на громкий треск, только очень ритмичный… Как… как короткая пулеметная очередь!

Она вздрогнула, и Руперт немедленно пододвинулся ближе.

— Вы точно это помните?

Флоренс напрягла память, но у нее ничего не получилось.

— Нет, не точно. И этот человечек, ну почему им кончаются все мои сны?

Он осторожно погладил ее по руке.

— Не следует слишком спешить, — мягко посоветовал он. — Все придет в свое время.

Эти слова вызвали в ней раздражение. Вскочив, Флоренс нервно заходила по комнате.

— Но сколько понадобится для этого времени, Руперт? Неделя? Месяц?

В его взгляде читалось искреннее сочувствие.

— Этого никто не может знать.

Рассудительность его тона просто бесила Флоренс. В надежде успокоить нервы она сделала несколько глубоких вдохов и попыталась объяснить, что еще ее беспокоит:

— Если мне не удастся вспомнить прошлое, придется начинать все сначала. Мне нужно будет найти работу и какое-нибудь жилище, что совсем не просто, поскольку я не имею никакого понятия, есть ли у меня образование или все, что мне по силам, это мыть посуду в какой-нибудь забегаловке.