Святость и соблазн

Подобно своему старшему брату Остину и ближайшему другу и напарнику Энтони Вуду он отнюдь не был женоненавистником. Однако, как ему хотелось думать, подходил к этому вопросу с позиции разума.

Энтони едва ли встречался с какой-нибудь женщиной больше месяца. Его так называемая записная книжка на самом деле представляла собой толстый блокнот. Впрочем, он никогда не стремился обольщать женщин, те сами вешались ему на шею, и, как ни странно, продолжали оставаться с ним в дружеских отношениях, даже когда роман подходил к концу. Что было тому причиной, оставалось загадкой и предметов зависти для всех его приятелей, и Руперта в том числе.

Что же касается Остина, то, если не считать немногочисленных мимолетных связей, тот сторонился противоположного пола. Вернее, мысленно уточнил Руперт, любых форм взаимоотношений, могущих привести к серьезной длительной связи.

Себя он считал наиболее нормальным из них троих. По крайней мере, ему доводилось ухаживать за женщинами и состоять с ними в интимной связи и многим более месяца, что в случае Энтони было просто невозможно. По мнению Руперта, сам процесс знакомства с женщинами являлся неотъемлемой частью другого весьма завораживающего процесса. Постепенное узнавание их маленьких личных секретов доставляло ему несказанное удовольствие.

Может быть, именно это и являлось внутренней причиной его влечения к Флоренс, ведь в ней было так много тайны. Остин, без сомнения, счел бы эту женщину его очередной «несчастненькой», да еще хранящей больше секретов, чем само ЦРУ. Однако, как бы то ни было, она нуждалась в помощи, и не только в предоставлении места для жилья, но и в реконструкции прошлого. Что из того, что, зная Флоренс меньше недели, он испытывал к ней все большее и большее влечение? Разве его вина в том, что она так мила и трогательна: сочетание черт характера, задевающее душу, сопротивляться которому было весьма тяжело.

Флоренс была миниатюрной и на первый взгляд выглядела совершенно беспомощной. Однако прошлым вечером он видел, как она поставила на место грубых полицейских. Несмотря на то, что видимые обстоятельства вроде бы свидетельствовали об обратном, ее никак нельзя было назвать слабой или зависимой, скорее в ней чувствовались характер и решительность. На его взгляд, Флоренс была не просто упорна в своих намерениях, она прекрасно знала, что такое борьба за выживание. И тем не менее вызывала желание позаботиться о ней…

Да, в этой женщине действительно чувствовалась некая тайна, но тайна не отталкивающая, а влекущая к себе. Руперта же всегда тянуло ко всему необычному, не говоря уже о загадочном, что бы ни думали об этом его близкие.