Святоша

Он не записан ни в наших магических свитках, ни в истории Островного Королевства. Если это произойдет, то, скорее всего, тот, кто был выбран Богами как ее Единственный…

– Магистр Чиаро Ваз, – обреченно произнесла я. – Ведь он был ее Парой!

– Не понимаю причины твоей печали, принцесса, – удивленно произнес архимаг. – Конечно, не мне, старику, судить, но драконы – верные и любящие мужья. Их семьи могут служить примером для жителей Кемира. К тому же королевская династия Кромундов лишь укрепит свои позиции, если породнится с… гм… Чиаро еще не рассказал? Ну что же, тебе еще многое предстоит узнать!

Дернула головой. Я чувствовала себя породистой лошадью, которой предстоит не только многое узнать, но и породниться с кем-то, кого я совсем не желала, но кто укрепит позиции династии.

– А если я захочу породниться с кем-то другим? – осторожно спросила у архимага.

– Кто же в силах тебе приказать, принцесса? – отозвался Тангрих, поглаживая бороду. – Единственная из Кромундов, носящая Дар Хранителей, величайшая ценность Кемира… Вопрос лишь в том, захочешь ли ты?

Наконец, аудиенция закончилась. Я шла по опустевшим коридорам Академии, жалея, что не спросила Тангриха, возможно ли отселить Аришшу. Ответ пришел сам по себе. Нельзя. Нельзя, потому что она давно уже стала частью меня. Вырванная единожды, завернутая с полпути к Богам, она вросла в меня корнями, залечив свои раны от ужаса прошлого, от трагического разрыва со своей второй ипостасью."

"Я тоже изменилась и буду меняться вплоть до полного слияния. Если нас разъединить, она не выживет. При этом я не была уверена, выживу ли я. Думала об этом по возвращении домой, теребя кулоны на шее. Один из них – подарок ар-лорда, золотой диск с непонятными письменами, от которого шло привычное тепло. Второй – черный камень Тангриха, холодящий кожу неизвестной магией.

Мне было о чем подумать. Например, о письме милорда Хааса, которое принесли тем же вечером. В нем – извинения за допрос, устроенный после занятий, и приглашение на прием к градоначальнику. В Ратуше, через два дня. «В качестве моей невесты, Лайне!». И еще коробочка. Тяжелая, деревянная, обтянутая ярко-красным атласом с вышивкой. На ней – райские птицы с белыми распустившимися бутонами в клювах.

– Дорогая моя воспитанница, – Темный засопел над ухом, когда я растерянно коснулась яркого оперения птицы, погладив вышивку. – Позволь своему дядюшке сперва взглянуть на содержимое!

– Это мой подарок, магистр Шаррез! – резко ответила «дядюшке», прижав коробку к груди.