Святоша

А регулярная армия… Плевать Мазгул на регулярную армию!

– Рыж, что ты хочешь от меня? – устало спросила у него.

Разговоры о войне и королеве кочевников уже всю душу мне измотали!

– Это не наша война, Лайне. Мазгул хочет вернуть спорные территории, отвоеванные у ее племени тридцать лет назад. Нас с тобой это не касается. Пойдем, – он протянул руку. – Отправимся на север. А кто хочет погибнуть – пусть гибнут…

– Нет, Рыж! – покачала головой. – Это моя война, и твоя тоже. Если не остановить кочевников, они захватят провинцию и вырежут Волчий Дол. А вот ты… Ты ведь хотел мое прощение? Я дам тебе шанс. Ополчение, Рыж! Туда берут всех, не спрашивая ни имен, ни документов. Останься в Хольберге, со мной. Встань на защиту города, и вот тогда…

– Ты просишь невозможного, сестричка! – усмехнулся он, вновь показав желтые зубы. – Вспомни, кто я? Кровавый Осгорн, что недавно резал тех, кого предлагаешь мне защищать. Думаешь, что я отдам жизнь за тех, кто преследовал меня? Никогда этому не бывать!

– Тогда уходи! Беги, спасай собственную шкуру. Возвращайся в леса. Грабь, мучай, убивай. До тех пор, пока на одном на перекрестков не будет висеть твое собственное тело. В назидание таким же, кто так же режет и убивает. Ты – разбойник с большой дороги, Рыж, а мой отец… Я рада, что он не знает, кем ты стал!

– Лайне!

– Уходи! Прячься, как и в тот раз, когда сбежал от призыва в армию.

– Ты не понимаешь! Ты – глупая, упертая…

– Не продолжай. Я знаю, что сдохну, а вот ты будешь жить.

Скрипнула дверь. На ступеньках рядом со мной появилась тетя Чарити.

– Я кликнула стражу, молодой человек, – сказала она Осгорну. – Если вам есть что скрывать… А я уверена, вам есть что… Бегите, пока не поздно! И забудьте дорогу к этому дому.

– Спасибо, тетя Чарити! – сказала ей после того, как. Рыж, завидев троих с красными повязками, спешивших к нему, кинулся прочь. Увернулся, одному из стражей заехал посохом, выкрутился из захвата второго, кто вцепился в его черный балахон, и припустил по улице.

– Как никогда во время! – добавила я.

– Конечно, дитя мое, – старушка протянула руку, и худая ладонь легла на мое плечо. – А мы с тобой пойдем пить чай. Думаю, самое время.

И я пошла в дом, оставляя позади себя прошлое. Человека, которого считала братом, который по-своему любил меня, но наши дороги разошлись так стремительно, что вряд ли когда-либо еще пересекутся. Я же одернула рукав, уставившись на оскаленную псиную пасть. Магическая печать передавалась по наследству, когда преемник был готов ее получить. Физически и морально к тому, что его ждало.

Внезапно я поняла, куда ведет мой путь. Нет, не в больницу, где, по словам лорда Дьеза, собралось так много магинь и магов, как никогда в Хольберге. Народ вставал на защиту своей страны.